В Беларуси появился новый политзаключенный — Михаил Жемчужный

Предыдущих заложников режима Александр Лукашенко помиловал четыре месяца назад.


За два месяца до президентских выборов Александр Лукашенко решил помиловать всех политзаключенных, в том числе своего основного оппонента по кампании 2010 года — Николая Статкевича. Сегодня в Беларуси появился новый политзаключенный.

Им признан основатель правозащитной организации «Платформа» Михаил Жемчужный. В июле 2015-го он был осужден на шесть лет лишения свободы за то, что дал взятку сотруднику милиции в обмен на информацию, которая представляет служебную тайну.

Михаил Жемчужный


Милиционера, который передал Жемчужному секретную информацию, не судили

Осужденный свою вину не признал, в суде он настаивал, что дело против него сфабриковали из-за его правозащитной деятельности.

Напомним, что уголовное дело в отношении Жемчужного Витебский областной суд, как позже и Верховный суд, рассматривал в закрытом режиме. Известно, что учредитель правозащитной организации признан виновным в подстрекательстве к умышленному разглашению иных сведений, представляющих служебную тайну; в незаконном приобретении в целях сбыта и сбыте специального технического средства (повторно), предназначенного для негласного получения информации, а также в покушении на дачу взятки (повторно).

По версии следствия, Михаил Жемчужный приобрел два комплекта записывающих устройств — в виде пуговицы и автомобильного ключа. В мае 2013 года передал сотруднику органов внутренних дел Жукову первое записывающее устройство, в октябре 2013-го — второе. Жуков имел доступ к сведениям, составляющим служебную тайну.

За это Михаил в четыре этапа передал милиционеру почти 400 долларов. Позже Жемчужный получил документы, содержащие сведения, составляющие служебную тайну.

Уголовные дела в отношении сотрудника правоохранительных органов, который фигурировал в деле Жемчужного, Витебским областным судом не рассматривались.

Какую именно информацию Михаил Жемчужный рассчитывал получить от милиционера и планировал ли он использовать ее для защиты осужденных — главный вопрос закрытого уголовного дела.


Правозащитники: Жемчужный пытался достать информацию про смерть задержанного в Витебском ИВС

Спустя пять месяцев после оглашения приговора правозащитники нашли подтверждение, что Жемчужный пытался получить информацию от сотрудника милиции не в корыстных целях, а ради правозащитной деятельности. Именно поэтому он признан политзаключенным.

Информация, по мнению Жемчужного, представляла общественный интерес, это были сведения о возбужденных уголовных делах в отношении должностных лиц, сводка за 2012-2013 годы о происшествиях с участием сотрудников правоохранительных органов, спецдонесение по факту скоропостижной смерти гражданина Куделко в ИВС УВД Витебского облисполкома, приказ Министерства внутренних дел «Об отдельных аспектах работы с кадрами в МВД».

Данные документы Жемчужный передал в правозащитное учреждение «Платформа», отмечает правозащитный сайт spring96.org.

Татьяна Ревяко«У Жемчужного не было цели получить выгоду. Он действовал в интересах защиты прав человека, хотя и нарушил закон, — говорит президент Белорусского Дома прав человека им. Звозскова Татьяна Ревяко. — Правозащитным сообществом всегда осуждались контакты с оперативными сотрудниками для незаконных целей и незаконными методами. Поэтому мы не говорим о безоговорочном оправдании Жемчужного. Но дело в отношении него должно быть пересмотрено».

По мнению правозащитников, спецслужбы намерено провоцировали Жемчужного на повторное нарушение закона.

«Если бы целью было задержать преступника, его бы остановили сразу же после первого эпизода, когда он дал взятку за информацию, — говорит Ревяко. — Но, похоже, что сотрудники правоохранительных органов умышленно затягивали его, провоцировали на более тяжкие преступления. Суд должен дать этому правовую оценку».

Спецслужбы проверяли Жемчужного на шпионаж?

Правозащитник Валентин Стефанович обращает внимание, что спецслужбы работали с Жемчужным в рамках оперативно-розыскного эксперимента: «Управление КГБ по Витебской области умышленно не пресекало незаконные действия Михаила, чтобы проверить, имеет ли он связи с иностранными гражданами, способен ли он на шпионаж. По такой же схеме раскручивали дело бывшего политзаключенного Андрея Гайдукова».

По мнению эксперта, важно понять, кто был инициатором незаконной передачи информации. Если сотрудник милиции сам предложил Жемчужному свою «помощь», провоцируя его тем самым на нарушение закона, то Михаил должен быть на свободе — состава преступления нет, утверждает Валентин Стефанович. Если инициатива исходила от самого Жемчужного, он, безусловно, должен быть привлечен к ответственности, но нужно понять, почему  правоохранительные органы сразу не пресекли его действия, а полтора года наблюдали за ним и способствовали нарушению закона.

Правозащитники обращают внимание, что такие действия КГБ вполне вписываются в проводимую Комитетом политику по задержанию общественных деятелей и активистов по подозрению в измене государству (дело Гайдукова, дело Алесина, дело Лазаря). Цель такой политики — повысить роль спецслужб в Беларуси, при этом используются неприемлемые для демократического государства методы.

Бывший директор «Платформы»: Жемчужного подставили, но политики в его деле нет

О Михаиле Жемчужном, хотя он и являлся учредителем правозащитной организации, общественности известно немного. Бывший доцент Витебского технологического университета, кандидат технических наук, автор нескольких научных монографий и разработок. В 2007 году был осужден на пять лет лишения свободы. По словам его коллег, дело было связано с махинациями в научной сфере.

Алена Красовская-КасперовичБывший директор «Платформ инновейшн», а ныне — руководитель организации «Регион 119» Алена Красовская-Касперович говорит, что Михаила тогда сделали «стрелочником» и посадили. После того, как он вышел на свободу, решил заняться правозащитной деятельностью.

«Основная функция Михаила — быть учредителем «Платформ инновейшн», — говорит Алена Красовская-Касперович. — Когда «Платформу» закрыли, мы понимали, что ни на меня, ни на Андрея Бондаренко новую организацию открыть невозможно, поэтому мы искали неизвестного человека, который бы жил не в Минске. Им и стал Михаил Жемчужный».

По словам правозащитницы, все переговоры с Жемчужным вел Андрей Бондаренко. Сама Красовская-Касперович с Михаилом практически не встречалась, время от времени переписывалась в интернете. Последний раз виделись на суде по делу против Бондаренко.

«Михаил работал с Андреем. Остальные сотрудники «Платформы» не имели представления, чем он занимается, — говорит Алена. — Информация от Жемчужного никогда не входила в мониторинг пенитенциарной системы, который мы проводим. У нас были сведения о трагическом случае в ИВС Витебска — там умер человек, задержанный за административное правонарушение. Однако никакого криминала там не было — задержанный злоупотреблял алкоголем, произошел «синдром отмены». Никто его не бил и не истязал».

Руководитель организации «Регион 119» считает, что в деле Михаила Жемчужного нет политики, и он стал заложником обстоятельств.

«Я рада за Михаила, что у него теперь будет такая сильная защита со стороны правозащитников, которые признали его политзаключенным, но я недоумеваю, какие следы политического преследования можно было найти в его деле. Мне он никогда не передавал информацию о пытках или других нарушениях в пенитенциарной системе, — говорит она. — Жемчужный работал напрямую с Бондаренко. На протяжении полутора лет он передавал ему флешки. По моим данным, Бондаренко эту информацию перепродавал. Я пока не готова сказать, кому именно. Так что Михаил оказался просто заложником ситуации, его подставили, человек пострадал за свою наивность».

Михаил Жемчужный отбывает наказание в исправительной колонии № 14 под Борисовом. У него нет близких родственников, которые могли бы его посещать, поэтому достоверной информации об условиях содержания нет.

В ближайшее время правозащитники направят резолюцию о признании Жемчужного политзаключенным в международные организации с требованием, чтобы этот вопрос был включен в политическую повестку дня.