Татьяна Новикова. АЭС. История одного антиядерного пикета в Островце

Татьяна НОВИКОВА

Татьяна НОВИКОВА

Публицист, журналист, редактор, математик и экономист по базовому образованию. С 1993 года пишет на экономические и экологические темы, освещает вопросы культуры и политики в различных изданиях Беларуси, Украины, России, США. С 2009 года координирует Белорусскую Антиядерную Кампанию, критикующую строительство БелАЭС под Островцом. С 2010 года автор публикаций на экологическую и общественно-политическую тематику, блогер. В 2014-2015 годы наблюдала за событиями в Украине. Ведет веб-проекты по экологическим вопросам.

3 сентября с группой поддержки зеленого кандидата Дмитрия Кучука были в Островеце на предвыборном пикете. Дождливый день не обещал ничего выдающегося в абсолютно пустом и мрачном городе, каковым Островец бывает в выходные. Возможно, он пустеет только когда туда приезжают экологи и жители белорусских Нью-Васюков быстро сворачивают межгаллактический шахматный турнир и уходят в подполье.

Так или иначе, Островец был действительно пуст, и, въезжая туда, я поймала себя на мысли, что должно же жителям этого города хоть как-то «свезти» от атомной стройки, в качестве компенсации за этот опасный объект, возводимый на их земле. Но кроме обескураживающей пустоты, не было видно ничего, указывающего на «новую жизнь» — ни новых поликлиник, ни детских садов, ни ледовых дворцов, ни диснейлэндов, ничего такого, ни даже гипермаркета нового для строителей, только голый остов недостроенного здания для него.

Новыми были пятиэтажные теремки для рабочих из белого силикатного кирпича с красными крышами и сохнущей спецодеждой на балконах, да маленький пивной бар с разливным свежим пивом и сушеной рыбой, где обслуживающий персонал говорит по-белорусски.

Но на главной площади города все же была какая-то жизнь — в ресторанах на спецобслуживании играли свадьбы. И к местному почтамту стали подъезжать и подходить люди, как только группа поддержки кандидата от зеленых развернула пятиметровый баннер с надписью «Нет самострою Островецкой АЭС!» и выкатила желтую бочку со знаком радиации.

Люди улыбались и брали листовки, не все, были те, кто решительно отказывался и просто наблюдал за происходящим из окон машин, делая фото для себя и «на память», прошла мимо и пара «специалистов» со стройки, что-то неодобрительно ворчавшая по поводу зеленого пикета.

Пикет не простоял и пяти минут, как подъехала машина с милицией, сначала одна, затем другая, появились одинокие мужчины в штатском, фотографирующие происходящее издали на телефоны. Важный милиционер подошел проверить разрешения на проведение акции. Интересно, что разрешение на проведение предвыборного пикета не нужно, поскольку действует заявительный принцип. Группа кандидата отправила заявление, и власти должны быть в курсе, да и пикет у зеленого кандидата — не первый в Островце.

Милиция проявила к этому пикету беспрецедентно большое внимание. Сначала милицейские чины долго совещались с начальством по своим мобильным, сидя в припаркованных автомобилях неподалеку. Через некоторое время стало ясно, что именно им не нравится — баннер с антиядерным слоганом, желтая бочка со знаком радиации и костюмы химзащиты.

Оказывается, предвыборная кампания должна быть «в рамках», а эти рамки, по мнению милиционеров, предполагают отсутствие «цирка» и «маскарада» и, уж тем более, агитации против АЭС!

Милицейские машины приезжали и уезжали, и рядом с пикетом периодически появлялся страж порядка с какой-нибудь новой идеей — то свернуть баннеры против АЭС, то предоставить заявку на проведение предвыборного пикета, то поучаствовать в милицейском опросе — сначала эта просьба относилась к кандидату, а затем — к подросткам, которые наблюдали за пикетом и взяли у пикетирующих листовки.

Нужно отдать должное милиционерам — они были вежливы и даже рассудительны, у них не нашлось аргументов против того, что баннер отражает предвыборную платформу кандидата, которая обоснована в листовке, напечатанной по правилам, а костюмы химзащиты нужны для привлечения внимания к проблеме, а сама программа отражает критику нарушений на строительстве АЭС, требования их независимого расследования, остановки строительства для этой цели и рассмотрения разумных альтернатив атомному проекту как таковых.

Милиционеры не задержали пикетчиков и даже привлекли к нему дополнительное внимание людей. Суть, однако, не в этом, а в том, что их активность была ни чем иным, как давлением на кандидата и его электорат, на заинтересованных избирателей, взявших листовки, которых милиционер зачем-то отвел в сторону, усадил на лавку и что-то долго писал на белом листе бумаги формата А4. Вероятно, опрашивал.

Но на людей в Островце не надо давить, они и так подавлены. Самыми общительными были, пожалуй, рабочие со стройки. Их интересовали и аргументы, которые зеленые выдвигают против атомной энергетики, и то, что они предлагают взамен. Спустя необходимое время на площади появились и осмелевшие участники свадеб, совершенно неожиданно на фоне баннера начали фотографироваться жених и невеста.

Пришел человек, назвавшийся чернобыльским переселенцем, расспросить про период полураспада радиойода и цезия, а также про естественный гаммафон в цифрах. Он долго недоумевал, как же радиация может влиять на здоровье, и потом вдруг сообщил, со ссылкой на какие-то надежные источники на строительстве АЭС, «интересную информацию».

«Ничего сделать нельзя, — сказал он. — Упавший корпус реактора все равно установили, несмотря ни на какую общественность!»

Была ли это дезинформация с целью деморализовать пикет, не знаю.

Дальше — больше. Другие рабочие-строители, благожелательные к пикету и антиядерной риторике, сообщили, что корпус реактора находится на месте хранения и его никто еще не устанавливал. Но затем нашлись и третьи, поведавшие о том, что на штатное место якобы установлен новый корпус, который будто бы уже поменяли (что, разумеется, нонсенс, поскольку одна только доставка нового корпуса отнимает продолжительное время).

Сложно понять, что все это значит, поскольку увидеть, где находится корпус реактора и что именно сейчас находится на его штатом месте, нельзя — на площадку никого не пускают, несмотря на все официальные запросы и обращения. Известно только (и этого не скроешь), что установлен защитный колпак ВЗО контаймента реактора первого энергоблока. Зеленые и экологи получили от Минэнерго только письменное подтверждение о том, что корпус все же упал, а не соскользнул, и что его собираются менять.

После этого визита в Островец у меня остался вопрос: где же та самая бочка, то есть, поврежденный корпус реактора? Но ответ на него с большего ясен: там же, где и выборы — в недоступном для широкого пользователя месте. Пока в недоступном.

Островец тоже был недоступен для правдивой информации про АЭС и для свободы слова. За все шесть лет строительства атомной электростанции в эту субботу там впервые, пусть не без давления властей, мы смогли рассказать местным жителям о том, какие риски АЭС принесет региону, о «выгодах» этой стройки говорить не надо, для жителей и рабочих они очевидны.

 

P.S. Здесь можно подписать петицию с требованием остановить строительство Белорусской АЭС.