Развяжет ли белорусам язык экзамен по английскому?

В преподавании иностранного языка, как в зеркале, отражается непоследовательность образовательной политики в Беларуси…

 

Обязательным выпускным экзаменом для учеников 11-х классов в Беларуси с 2013 года станет иностранный язык. Такая практика в белорусских школах существовала на заре суверенитета, но попала в жернова бессистемного реформаторства и идеологического мракобесия. Сегодня государство вновь подняло на гребень волны идею о языковом всеобуче. Будет ил из этого толк?

Развяжет ли белорусам язык экзамен по английскому?Постановлением Министерства образования № 77 определено, что иностранный язык станет третьим обязательным экзаменом для выпускников средних школ. Таким образом, школьники будут сдавать математику (письменно), белорусский или русский языки по выбору учащегося (письменно) и иностранный язык (устно).

В преподавании иностранного языка, как в зеркале, отражается непоследовательность образовательной политики в Беларуси.

В 2008 году была практически ликвидирована система профильного образования в связи с переходом с 12-летнего на 11-летнее образование (противники такого решения называли это «антиреформой образования»). Часы на углубленное и дополнительное изучение профильных предметов были сокращены. Школы с углубленным изучением иностранных языков (как правило, двух) стали обычными — на этот предмет в старших классах стало отводиться всего два часа в неделю, а второй иностранный упразднили.

Но не прошло и пару лет, как остро встал вопрос нехватки компетенций у специалистов различного уровня, в том числе языковых. Вновь заговорили о том, что уровень изучения иностранных языков необходимо повышать…

Характерно, что как возвращение к 11-летке, так и идея возвращения школьного экзамена по иностранному языку шли от президента. Как сообщала пресс-служба главы государства, «Александр Лукашенко считает необходимым с учетом современных требований активизировать работу по изучению иностранных языков».

На практике это выглядело так: переписали программы, в школах для обучения иностранному языку классы начали делить на три группы, а не на две, как ранее. Мингорисполком, например, даже выделил на это дополнительное финансирование.

Улучшилось ли качество обучения?

Учительница английского языка одной из минских школ Татьяна отметила, что за пару лет изменить систему обучения в школе непросто: «Когда я пришла преподавать в школу, мне досталась группа десятиклассников с различным уровнем подготовки, из-за чего коммуникативную работу строить было непросто. Дети оказались совершенно не готовы вести беседу, могли лишь выполнять какие-то письменные задания. Я спрашивала, почему им не интересно говорить на английском языке. Многие отвечали, что не понимают, с кем будут общаться на нем в будущем. Еще у меня была сложная дилемма в 11-м классе: учить их говорить или помогать готовиться к ЦТ, письменному испытанию, которое сдавали многие хорошие ученики, которые поступали, например, в Экономический университет».

Доцент кафедры философии и культуры Белорусского государственного университета Павел Барковский, владеющий английским, немецким и чешским, считает, что языковая проблема белорусской школы, существовавшая во времена Советского Союза, так и осталась нерешенной по сей день.

Более-менее качественную подготовку по языкам получали выпускники специализированных школ, где исторически сложилась практика обучения языкам, где работал коллектив преподавателей, способных обучать так, что дети знали язык на неплохом разговорном уровне, отметил Павел Барковский.

Однако в результате реформы 2008 года уровень подготовки в таких школах заметно упал. Большинство же выпускников обычных школ обладают, как правило, минимальной языковой грамотностью, позволяющей, в лучшем случае, читать, но не дающей возможности общаться, подчеркнул Барковский.

«Не думаю, что нашу ситуацию изменит введение дополнительного экзамена по иностранному языку. Пока можно сказать, что какие-то действия пытаются предпринимать, но последовательности в них не наблюдается», — отметил эксперт.

Ранее на уровне высшей школы предпринималась попытка компенсировать огрехи школьного образования, которое не давало необходимых знаний, отмечает Павел Барковский. Например, в БГУ в начале двухтысячных была сделана ставка на серьезное обучение иностранным языкам с выделением на них 4-5 пар в неделю. Теперь же все свелось к минимуму, необходимому для поддержания языковой формы.

Для преподавания в вузе также не требуется знание иностранных языков, отмечает эксперт. При этом в вузах увеличивается составляющая иностранных студентов, заинтересованных в курсах на английском языке. Задумка перевести некоторые курсы на преподавание на иностранных языках была в БГУ, но проект в силу различных причин так и не осуществился.

В результате преподаватели, которые знают иностранные языки, изучали их не потому, что это диктовалось планами построения карьеры. Языковые компетенции приобретались, скорее, исходя из личных научных интересов, чем из-за необходимости, отмечает Барковский. Меж тем, подчеркивает собеседник Naviny.by, если речь идет о преподавателях, мотивация должна быть на уровне целей самого образования.

«Если бы научная составляющая работы преподавателей вузов была поднята на иной уровень, происходила интеграция в различные мировые исследовательские системы и программы, знание иностранного языка было бы не роскошью, а жизненной необходимостью. Пока всего этого нет: ни на уровне школы, ни на уровне университета подобных движений не происходит. Уровень языковой подготовки снижается, и, боюсь, будет падать и далее», — отметил Павел Барковский.