Венесуэла похожа на пригород Лос-Анджелеса

Белорусский архитектор Александр Ходяков, проектирующий в Венесуэле новые города, рассказал, во что обходятся нашим спецалистам достойные деньги…

 

Беларусь активно дружит с Венесуэлой не только в сфере нефтедобывающей промышленности, но и в области градостроительства. Так, сейчас специалисты Министерства архитектуры и строительства, ЗАО «Белзарубежстрой» и Научно-производственного республиканского унитарного предприятия «БелНИИПградостроительство» занимаются «уникальными» градостроительными проектами на территории Венесуэлы.

О том, как работается белорусам в Венесуэле «Белорусским новостям» рассказал архитектор «БелНИИПградостроительство» Александр Ходяков, участвующий в разработке партикулярного плана города-спутника Баринас, ездивший в Венесуэлу трижды.

Александр Ходяков среди венесуэльских пальм.

— Сейчас в Венесуэле люди активно переселяются из аграрных районов в глубине страны в густо населенные, бурно развивающиеся районы на побережье Атлантики, в надежде заработать «легкие» деньги. Получается, что огромные территории внутри страны с богатыми природными ресурсами, прекрасной сырьевой базой такими темпами скоро опустеют. А вот на побережье, наоборот, народу тьма, они там все голодные и постоянно грызутся. Лишь немногие переселенцы получают хорошую работу. Остальные живут в нищете, огромными темпами разрастаются местные трущобы «barrios», усугубляется криминогенная обстановка.

Венесуэльские власти решили, что пора регулировать такую миграцию. Для этого они хотят создать внутри страны новые социалистические поселения с комфортным жильем, качественными местами приложения труда, хорошим социальным обеспечением и привлечь таким образом туда население. А для этого им нужны архитекторы-планировщики…

— Почему именно белорусские?

— Во-первых, между белорусской и венесуэльской сторонами есть договоренности о всяческом дружеском сотрудничестве. А во-вторых, наша страна владеет необходимыми градостроительными технологиями в совершенстве и вполне конкурентоспособна в этом смысле. Кроме того, у нас есть огромный опыт именно в проектировании и строительстве урбанизированных структур социалистического типа. Ознакомившись с белорусскими городами, венесуэльцы нашли в них для себя много привлекательного.

— А зачем Венесуэле социалистическое строительство?

— Разговорившись с местными архитекторами, я как-то заметил и о тех минусах социалистического строительства, с которыми мы столкнулись в своей стране — например, монотонность застройки. На что мне ответили: «Вы не понимаете, для нас это очень хорошо — мы ведь обеспечим приличным жильем людей, которые сейчас живут в трущобах, на улицах, мы дадим им хоть какое-то организованное социальное обслуживание и возможность достойно трудиться». Мы просто уже переступили черту понимания таких вещей. Нам сейчас нужно сплошь элитное жилье, эксклюзивные условия. А люди не имеют элементарного в своем обиходе. Потому для них это реальный выход.

Трущобы в Каракасе.

— И какова выгода для белорусской стороны?

— Это уникальная возможность — нашим специалистам редко выпадает удача заняться такими масштабными проектами. Тем более, фактически новых городов, да еще в другой стране. В истории белорусского градостроительства последними новыми поселениями такого масштаба были — Солигорск, Светлогорск, Новополоцк. Но эти проекты разрабатывались давно. Когда я еще учился на архитектурном факультете, нам говорили, что, скорее всего, нам никогда больше не представится возможность проектировать новые города…

— Что в итоге вы проектируете в Венесуэле?

— Договорились о проектировании пяти объектов. Мы занимаемся проектированием партикулярных планов района в городе Тахириес и так называемого города-спутника Баринас с огромным парком. Это новые урбанизированные структуры с организованной промышленной базой, местами приложения труда и хорошим социальным обслуживанием. Также идет работа над проектом трех так называемых микрокоммун — это нечто вроде наших центральных усадеб-колхозов, аграрной направленности территориальные образования, во главе которых находится поселок с развитой инфраструктурой.

— Возникают ли сложности в работе?

— Вести проектную и строительную деятельность на территории другой страны довольно сложно. Это все вообще больше походит на разведоперацию: трудности с переводом, большие расстояния, которые тормозят процесс, огромная сложность получения знаний об объекте.

Пять объектов сейчас находятся на стадии завершения градостроительного проектирования. Далее еще предстоит архитектурно-строительное проектирование и только потом стройка. И последующие этапы обещают быть еще более сложными. Однако, думаю, оно того стоит.

— Каковы ваши впечатления от венесуэльцев?

— Очень веселый и дружелюбный народ! У них такой запал в жизни есть, кругом на улице латинские ритмы. Мы тут по сравнению с ними суровые нордические люди, живущие в атмосфере серости и рафинированности. Контраст шикарный!

— А как же жестокий режим Чавеса?

— Я бы не сказал, что венесуэльское правительство ведет себя как-то действительно жестоко. Конечно, многое там для нас кажется странным: что-то — жуткой нищетой, а что-то, наоборот, страшным богатством. Но оценивать тамошнюю ситуацию объективно даже в области градостроительства тяжело. Мы не знаем и нам сложно вникнуть в то, чем живут эти люди, каковы их потребности, и уж тем более — счастливы ли они.

Граффити с Уго Чавесом в Каракасе.

А что до Чавеса, есть разные точки зрения, как рассказывали местные жители, до его появления существовали десятки миллионов населения, которые не могли позволить себе есть ту же курицу — потому что жили за чертой бедности. Сегодня они, по крайней мере, могут эту курицу себе позволить. Другие люди жалуются на то, что их бизнес терпит крах из-за новой социалистической политики. Вот и выбирайте кто прав.

— Любят ли в Венесуэле белорусов?

— Жители Венесуэлы знакомы с Беларусью именно благодаря сотрудничеству — потому что весь этот процесс хорошо освещается в СМИ. Как к народу, к нам относятся весьма позитивно. У меня был такой случай в одном маленьком городке, когда я проходил мимо местного бара, где сидели венесуэльцы, которые, заприметив меня, начали кричать: «Эй, гринго, иди сюда, убивать будем!». Я отвечаю: «Но гринго, беларусо!». Тут они уже меня и амиго начали называть, и звать выпить с собой. Вот американцев они действительно не любят.

— Все помнят нашумевшее города, например, Лос-Анджелеса.

Там ведь живут такие же люди, как и мы! Мы спрашивали нашу переводчицу из местных, не боится ли она ходить на работу. Она ответила, что просто перед выходом из дома снимает все золотые украшения и молится Деве Марии, чтобы с ней ничего не случилось. По большому счету, если сам никуда лезть не будешь, то ничего с тобой не случится. Работодатель обеспечивает всем необходимым — вполне можно ездить по работе на машине, а все остальное время проводить в гостинице, там же ходить в ресторан…

— Вы сами сидели на месте?

— На свой страх и риск, нет. Понятно, что нужно быть острожным, не бегать с выпученными глазами и фотоаппаратом, не трясти прохожих за рукава. Но в итоге мы даже сдружились с местным населением, многое увидели. И это помогло в работе — нужно же было понять, как живут люди и что им надо. Имевшаяся у нас базовая информация позволила бы делать исключительно сухой проект. Хотя венесуэльская сторона очень помогала нам узнать о жизни там побольше. Часто из-за недостатка на первый взгляд незначительной информации в градостроительстве могут быть ошибки, которые несут за собой в последствии колоссальные потери. Это все-таки город, а не коробка печенья.

Александр Хоядков с губернатором штата Баринас Аданом Чавесом, братом Уго Чавеса.

— Отказывались ли ваши коллеги от прелестей такой работы?

— Да, бывает, отказываются. Люди в принципе в тропики не особо хотят ехать. Там же не только стрельба — можно и подхватить чего-нибудь и заболеть. Кроме того, долгие перелеты, акклиматизация и трудности самой работы дают серьезную нагрузку, которую не каждый выдержит. Некоторых просто не отпускают родственники. Но никто никого не заставляет, все едут только добровольно.

Деньги платят, конечно, достойные. Но и условия работы и ее темп просто сумасшедшие. Так что по завершению командировки тебе вовсе не кажется, что ты заработал много денег, при этом еще и отдохнул в тропиках.