Александр Зимовский: шанс превратиться из козлища в агнца горами движет

«Остается еще вопрос: как донести до применивших санкции, что ты стал на путь исправления?..»


В недрах белорусского третьего сектора родилась городе России. Открываю для себя заново окно в Европу, прорубленное Петром Великим, но это не побуждает меня плыть в Гамбург на двери от сарая.

— В июле 2006 года, в разгар «первых санкций» ЕС в отношении белорусских чиновников, Вам все-таки удалось в обход их попасть в Португалию. Нашли лазейку в евросоюзном законодательстве или воспользовались тем, что в Евросоюзе иногда левое полушарие не знает, что делает правая рука?

— Никаких лазеек, Европейский вещательный союз — неполитическая международная организация, я был приглашен в Лиссабон для участия в заседании Генассамблеи ЕВС. Все входящие в ЕС страны являются членами ЕВС и должны выполнять обязательства в рамках этой организации. В соответствии с буквой закона мне и выдали визу. А то, что она «случайно» оказалась шенгенской — это уже из разряда личного обаяния.

— Как громко Вы приветствуете нынешнюю инициативу по сокращению списка невъездных в ЕС белорусских чиновников?

— Мысленно я ей аплодирую, поскольку дипломатический процесс — процесс не линейный, он развивается по спирали. Видите ли, лет семь назад Институт стратегических исследований ЕС разработал один рекомендательный документ в рамках проведения в отношении Беларуси политики принуждающей дипломатии. Тогда же было обнародовано соответствующее заявление Совета министров ЕС относительно усиления контактов с белорусскими чиновниками среднего звена. Предполагалось, что для перспективных с точки зрения проевропейского мышления слоев белорусского населения (интеллектуалов, студентов и т.п.) будут предложены максимальные визовые преференции. Если кто-то в Брюсселе смахнул с этой папки пыль, такой европейский рационализм можно только приветствовать. Согласитесь, что есть разница между среднестатистическим костоломом с саперной лопатой и статусным либералом Якубовичем или негоциантом Пефтиевым.

Конечно, сейчас госпожа Стужинская огребет по полной программе от соратников по борьбе. Но ведь еще в Писании сказано об отделении агнцев от козлищ. А прозрачный намек на возможность превратиться из козлища в агнца — он, знаете ли, горами движет. В Брюсселе, надо полагать, Евангелие от Матфея почитывают.

— А нет ли у Вас опаски, что оставшиеся в списке чиновники воспримут исключение Вас из него как вероотступничество? Мол, снюхался с Западом…

— Я в первом черном списке, образца 2006 года, девятым номером стоял, когда эти оставшиеся в нынешнем списке еще пешком под свои канцелярские столы ходили. Так что не им судить, судить Брюсселю.

— Положа руку на сердце, все-таки насколько попортили жизнь Вам европейские санкции? И будете ли Вы впредь бояться их применения к Вам — то есть, станете ли вести себя таким образом, чтобы не разозлить ЕС, если вдруг снова окажетесь на госслужбе в Беларуси?

— Санкции — это явление морального порядка. То есть, это повод задуматься и сделать выводы. Остается еще вопрос: как донести до применивших санкции, что ты стал на путь исправления? Это вопрос к дипломатам. И в-последних: на госслужбе я служил президенту. И если доведется снова, буду служить как обычно: по закону.