Олег Климов. НАВIНКI ШОУ-БИЗА. Хендриксонутое поколение

В это раз я решил засунуть свое мнение куда подальше...

 

Олег Климов

Олег Климов. Десять лет назад писал о музыке много и охотно. В последние годы — все меньше и без особого желания. То ли с музыкой стало что-то не то, то ли со мной. Скорее всего, виноваты в случившемся обе стороны. В активе — работа в «Музыкальной газете» и журнале «НОТ-7». В пассиве — теперь вот решил замахнуться на шоу-бизнес в целом. Как написал бы по этому поводу Юлий Ким: «Дрожи, шоуби, настал последний бой! Против тебя весь бедный класс поднялси, он улыбнулся, рассмеялси, все цепи разорвал, и за победу бьется, как герой!».

В это раз я решил засунуть свое мнение куда подальше и обратился за помощью к людям более сведущим, а именно к знакомым музыкантам, чтобы те поделились своими думами о гитарном гении XX века, великом наркоше Джими Хендриксе.

Так уж получилось, что сегодня исполнилось ровно 40 лет с того дня, как маэстро нашли мертвым в номере отеля Samarkand в Лондоне. На самом же деле он, конечно, вышел покурить. Как вышли до него и после него покурить многие и многие, и до сих пор к нам так и не вернулись. И Джими все никак не накурится, а палит и пыхает одну за одной, вредя непоправимо организму, а мы все ждем и ждем. Боюсь, если и возвратится он, то в сильно обкуренном состоянии, таком, что мы эту его инкарнацию можем и не узнать…

Владимир Сахончик («Нейро Дюбель», ZM99): «Хендрикс и я имеем очень много общего: он начал играть блюз, я тоже начинал свое становление как гитарист с этого стиля музыки; он, как и я, — самоучка, и мы оба не имеем музыкального образования. Сложно однозначно сказать, какое он оказал влияние на формирование меня как гитариста. Он, скорее, оказал влияние на тех гитаристов, у которых я учился. Кстати, мой первый инструмент был Fender Stratocaster: эта гитара воспламенилась у Хендрикса прямо на сцене во время лондонского концерта в марте 1967 года. Искренне считаю его культовым гитаристом всех времен и народов, не имеющим аналогов по сей день».

Сергей Труханович («Крама», «Палац», Guitar Hero): «Джими Хендрикс — это, конечно же, неординарная фигура в мировой музыке. Мне было приятно побывать на его родине в городе Сиэтл. Он многое привнес в развитие гитарной музыки (приемы, ходы, звук), и, поистине, Хендрикс являлся генератором идей. Он — человек, опередивший свое время. Но, несмотря на короткий век своей жизни, он сделал достаточно для того, что его талант и сейчас является эталоном для подражания, в хорошем смысле слова! Я не подражаю Хендриксу, но, тем не менее, стараюсь идти по его пути развития — поиск своего звука, ходов, приемов».

Леонид Нарушевич («Князь Мышкин»): «Меня поразил сам переход восприятия музыки после советской эстрады и типа «рока по-русски». Хендрикс — абсолютная свобода исполнения, он современен и сейчас. Его приемы игры на гитаре дали такой толчок музыкантам, который трудно переоценить. Берегите самоучек, мать вашу!»

Вадим Марголин («У нескладовае»): «Хендрикс — символ свободы и безумства в музыке. Больше всех от него взял, кстати, Ленни Кравитц. Для мировой музыки Джими сделал очень много за очень короткое время — фактически открыл игру на гитаре заново».

Дмитрий Лазаренко (Gods Tower, Physical Presence): «Для меня Хендрикс — это один из лучших гитаристов всех времен и народов. Он первым начал играть на гитаре МНОГО. И именно начиная с Хендрикса, мы воспринимаем гитариста как гитариста, то есть личность (не всех, конечно), а не как вторую (или третью) скрипку в оркестре. Хендрикс — первый рок-гитарист в плане не только игры, но и имиджа, подачи музыкального материала. Экспрессивный, выразительный, в общем, можно написать о нем целый том. Кроме того, Хендрикс является символом своего времени (а таких единицы, по пальцам можно перечесть), то есть фигурой знаковой в истории музыки, и, я думаю, — человечества в целом. Первые ассоциации — это Purple Haze, Little Wing и Woodoo Child, хотя у Хендрикса много хорошего. Я считаю, что сегодня в любой музыке, независимо от стилей и направлений, где мы услышим хорошую гитарную игру, не найдется ни одного «вундеркинда», на творчество которого не повлиял бы Джими Хендрикс. Рука хотела написать — Джимми Пэйдж».

Сергей Скрипниченко (zygimont Vaza): «В наши дни многие начинающие гитаристы бывают сильно удивлены, прослушав записи Джими Хендрикса. Из прессы люди узнают, что это была знаковая фигура, музыкант-новатор, оказавший невероятно огромное влияние на всю рок-музыку. Но в наши дни многое из его творчества не выглядит каким-то революционным, необычным. И люди вопрошают: «Так от чего тут охреневать-то, собственно?» А Хендрикса (и вообще всех новаторов 1960-х) следует воспринимать, кроме всего прочего, сквозь призму ТОГО времени. Времени, когда какие-то приемы (музыкальные, технические или студийные решения, выглядящие сегодня обычными, если не сказать — банальными) применялись впервые и вызывали восторг у тогдашних слушателей и коллег-артистов. Ну, а, собственно, музыкальный дар Хендрикса — бесспорен. И его музыка прекрасна, она, словно хрестоматия — обязательна для прослушивания — без учета музыкальных предпочтений слушателя. Это то, что называется «must hear». Мне очень повезло в жизни с эстетическим воспитанием, и Хендрикса я открыл для себя достаточно рано. Не хочу распинаться, ибо все давно про него написано и сказано. Отмечу только, что регулярно с огромным удовольствием переслушиваю его записи».

Атморави: «Джими Хендрикс вполз в мою жизнь исподволь — через одержимого гитарным воем моего брата, который навострился играть Woodoo Child и Foxy Lady весьма близко к оригиналу. Я никак не мог врубиться в эту музыку, пока в Индии в 96-м не послушал в наушниках Axis: Bold as Love. И крышу мне сорвало. Хендрикс — это уникальный музыкант, который сумел совершить революционный ход по превращению электрогитары в религиозный инструмент. Даже сегодня его подход к своему инструменту и тем возможностям, которые есть у электрогитары, слышится как откровение и нечто, к чему близко подойти удается весьма немногим. Может быть, Джефф Бек... Тем не менее, в моей коллекции музыки нет на настоящий момент ни единого трека бога Джими...»

Роман Орлов («У нескладовае»): «Лично мне дал Хендрикс очень много — в первую очередь свободу от стереотипов о том, как можно, а как не можно играть на электрогитаре, как ни банально прозвучит, — свободу в обращении с инструментом. Не нужно забывать, что по крови он был метисом-полукровкой — то есть и негром и индейцем и белым одновременно (если я не ошибаюсь). Я могу себе представить, как все это в его гениальной голове переплеталось. Мировой музыке он дал очень много — по большому счету, и The Toobes в том числе бы не было, если бы не он. Да не скопируешь особо — хотя Иван Марков раньше «бомбил» Хендрикса что надо. Да и не нужно копировать — можно просто подпитываться энергией Мастера. Сейчас очень сильный ревайвл в отношении Хендрикса — я сужу по рекламной, дизайнерской тусовке, они в офисах часто его слушают, а другую старую музыку не трогают».

И все же без ложки дегтя обойтись я не мог, иначе изменил бы себе. Мой очень хороший и близкий товарищ по поводу Хендрикса говорит просто и без затей: очень слабый и примитивный гитарист, небрежный и неумелый, выигрывающий одной своей харизмой. Типичный фрик-музыкант, который свои огрехи выдавал за нечто новое и авангардное…

Как говорится, в поколении не без…

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».