ТРАВМИРОВАННЫЙ ПЛЕБИСЦИТОМ СОЦИУМ ЧРЕВАТ ДЛЯ ВЛАСТЕЙ НЕПРЕДСКАЗУЕМОСТЬЮ

Вроде бы выборы и референдум прошли по привычному сценарию. Все как всегда: досрочное голосование, засекречивание информации о количестве избирателей, нейтрализация наблюдателей, объявление об "элегантной" победе.

Однако на этот раз было и существенное отличие от предшествующих кампаний, выигранных Лукашенко. Прежде всего, она прошла при ином уровне электоральной поддержки. И это таит в себе - в той или иной перспективе - опасность для режима.

Когда на референдумах 1995 и 1996 годов, президентских выборах 2001 года президент опирался на реальное большинство, то приписка некоторого число голосов могла бы и не показаться части обывателей большим грехом.

Теперь все по-другому. Опросы негосударственных социологических центров накануне референдума показывали, что Лукашенко не набирает половины голосов.

Опросы, проведенные балтийским отделением Института Гэллапа в первой декаде октября, дали в среднем такие цифры: "за" - 41,4%, "против" - 37%. А "экзит-пол" в день голосования, сделанный этим институтом, дал цифру 48,37% избирателей от списочного состава, проголосовавших "за". Примерно к таким же выводам пришел и московский Аналитический центр Юрия Левады: "42% можно считать верхним пределом поддержки вопроса референдума за неделю до его проведения... За последнюю неделю до голосования она может еще немного подрасти - но в любом случае не достигает "пороговой" величины в 50%".

Таким образом, перед властями встала задача сделать меньшинство большинством. Поэтому и меры пришлось принимать чрезвычайные.

Никогда раньше не оказывалось такого давления на команды оппозиционных кандидатов, на людей, ставивших подписи в их поддержку. Как никогда жестким был прессинг на избирателей в ходе досрочного голосования. Пропагандистская кампания в поддержку вопроса референдума была особенно массированной (по четырем телеканалам), агрессивной и профессиональной. Специально под референдум были созданы новые и полностью мобилизованы старые "лояльные" социологические структуры. Был организован свой "экзит-пол" в противовес независимому.

Когда говорят о фальсификациях, то имеют в виду какие-то махинации в ходе подсчета голосов. В ходе этой кампании избирательные комиссии изобрели ноу-хау. Вернее, массово использовали изобретение, применявшееся ранее лишь частично. Судя по всему, в большинстве округов вообще не считали голоса. Точнее сказать, имитировали подсчет, заранее подготовив итоговый протокол с нужными результатами.

Но создается впечатление, что такое решение было принято в последний момент. Иначе трудно объяснить некоторые действия властей. Например, если было известно, что считать не будут, то зачем нужно было загонять людей в массовом порядке по всей стране на досрочное голосование? Зачем вообще было не регистрировать половину оппозиционных кандидатов, снимать их с избирательной кампании? Ведь ничего, кроме вреда для репутации властей, это не принесло.

Как известно, лучший способ дискредитировать идею - это довести ее реализацию до абсурда. Объявленные итоги референдума свидетельствуют о том, что в администрации президента кому-то явно изменило чувство меры. Даже с учетом искусственного сокращения числа избирателей на 382 тысячи по сравнению с 2001 годом трудно поверить, что в условиях разочарования, апатии, равнодушия и неверия на выборы пришло 90% избирателей. Такой высокой цифры не было за все предыдущие десять лет. (В первом туре президентских выборов 1994 года приняло участие 79% избирателей, в референдуме 1995 года - 65%, в референдуме 1996 года - 84%, в президентских выборах 2001 года - 84% избирателей.)

Еще более фантастической выглядит цифра проголосовавших "за" - 77,3% от списочного состава избирателей. А если брать от числа принявших участие, то получается, что 86% избирателей, пришедших на участки, поддержало предложение, вынесенное Лукашенко на референдум.

Хочу напомнить, что во втором туре президентских выборов 1994 года, когда вера в чудодейственные рецепты Лукашенко по спасению страны была на пике, борцу с коррупцией отдали голоса 80,3% от пришедших на выборы (56% от списочного состава). А на президентских выборах 2001 года глава Центризбиркома Лидия Ермошина объявила цифру 75,7%.

Все это время рейтинг президента преимущественно падал. Вопрос о третьем сроке вызвал ожесточенные споры, большие сомнения даже в среде сторонников Лукашенко. Если бы итоговый показатель находился в районе 55% от списочного состава, в это могли поверить даже оппоненты режима. А утверждать, что 86% пришедших на выборы проголосовали "за" - это значит утратить чувство реальности.

Здесь, видимо, действует логика: чем меньше реальная поддержка, тем сильнее нужно ошеломить общество запредельным результатом. Однако это явный перебор. Власти перегнули палку. Похоже, сами поверили в ту сказочную телевизионную картинку, которая старательно рисовалась для электората. Тем самым они облегчили своим оппонентам задачу ставить результаты референдума под сомнение.

То же самое можно сказать и о выборах в Палату представителей. Давно известно, что у нас вопрос о том, кому быть депутатом, решает не электорат, а Лукашенко. Он еще накануне выборов поставил задачу провести их в один тур, обеспечить там представительство старого состава примерно наполовину, женщин - на треть, и не допустить туда предпринимателей и оппозиционеров. Примерно так и получилось.

Накануне выборов многие политики и эксперты утверждали, что Лукашенко выгодно допустить в Палату представителей несколько оппозиционеров, ибо это, будто бы, поможет ему легитимировать результаты референдума. Происходили даже какие-то утечки информации: якобы на самом верху принято решение кого-то пропустить, назывались даже фамилии. Теперь выясняется, что все это было грамотной кампанией дезинформации, призванной завлечь оппозицию на выборы.

Реальность оказалась более прозаичной и традиционной.

Логика правящей команды проста. По мере неизбежного падения электоральной поддержки будет происходить ужесточение режима. В такой ситуации опасна любая деконсолидация власти. А даже несколько оппозиционеров в Палате представителей могли бы создать шум, слышный далеко за стенами парламента. История деятельности группы "Республика" в этом смысле очень показательна. Три твердых депутата попортили Лукашенко немало крови.

Одним из отличий демократической системы от тоталитарной является естественный процент явки избирателей и аналогичный разброс голосов в ходе электоральных кампаний. Если цифры приближаются к 100% в пользу власти - это очень важный показатель вектора движения страны.

Конечно, можно нарисовать любые цифры. Однако при этом неизбежно возникает проблема доверия народа к институтам государства, что является неотъемлемым элементом легитимности. Считать управляемых простаками опасно для любой власти. В любом случае день 17 октября 2004 года - это момент национальной травмы. А травмированный социум всегда непредсказуем.