Полный умолот


Константин СКУРАТОВИЧ


Фото IREX/ProMedia
В стране завершилась уборка зерновых. Собрано, если верить вице-премьеру Александру Попкову, более 6 млн. тонн зерна. Средняя урожайность составила 26,7 центнера с гектара. Много это или мало?


Наибольший в истории белорусских колхозов и совхозов урожай был получен в 1987 г. — 7,7 млн. т. В 1990—93 гг. объем среднегодового валового сбора зерновых колебался от 6,2 (1991 г.) до 7,1 (1993 г.) млн. т. В 1994 г. колхозами и совхозами было собрано 5,7 млн. т, а всего, с учетом производства в крестьянских и фермерских хозяйствах, — 6,1 млн. т. То есть в год избрания А.Лукашенко зерна было собрано почти на 1,5 млн. т меньше, чем в 1993 г., когда, как уверял кандидат в президенты Лукашенко, в сельском хозяйстве, вообще в стране царили произвол и хаос.


И нам остается только констатировать, что в этом году выращен такой же урожай, что и в 1994-м. Но это отнюдь не означает, что время остановилось, что годы не изменили ничего в сельском хозяйстве и жизни сельчан.


Ведь за это время резко сократились валовые показатели производства. Если в 1993 г. крупного рогатого скота на сельхозпредприятиях насчитывалось 5,4 млн. голов, а свиней — 2,8 млн., то по состоянию на 1 июля текущего года — 3,7 и 2,1 млн. голов соответственно. Это означает, что потребность в фуражном зерне, которое в основном и выращивается в Беларуси, резко сократилась.


А поскольку финансовое состояние экономики за эти годы приблизилось к черте, за которой вполне вероятен летальный исход, то зерно нового урожая, весьма вероятно, не будет востребовано. Просто осядет в зернохранилищах, как оседает на складах продукция легкой промышленности и станкостроения. Пустить его в производство можно будет только бесплатно, раздав назад колхозам и совхозам.


Это, согласитесь, шаг, который окончательно превратит белорусскую экономику в натуральное хозяйство, характерное для феодализма. В 1990 г. крестьяне могли радоваться большому урожаю, поскольку рентабельность сельхозпредприятий в целом достигала 42,6%, а производство зерна давало 82 копейки на каждый вложенный рубль. Ныне такая рентабельность не снится даже коммерческим структурам. Но в том же приснопамятном 1994-м общий уровень рентабельности в сельском хозяйстве упал до 11,6%, а животноводство впервые за много лет стало убыточным: на каждый вложенный в это дело рубль хозяйства получили 1,8 копейки убытков (по молоку — минус 21 копейку).


С той поры ситуация менялась, в отдельные периоды наблюдались частные улучшения, но общая тенденция оставалась отрицательной для сельхозпредприятий. Устанавливая закупочные цены на их продукцию, государство руководствовалось соображениями социальной безопасности: чтобы продукты, входящие в минимальный потребительский набор, были доступны горожанам с достатком ниже среднего.


В конечном итоге этот воплощенный в ценовую политику популизм сыграл свою пагубную роль. Поскольку животноводство стало убыточным, поголовье и вообще объемы производства в хозяйствах стали сокращать. Но и этот шаг не спас их от фактического банкротства, поскольку они полностью израсходовали свои оборотные средства и практически полностью выработали основные фонды. Производство там теплится только за счет фактически безвозвратного кредитования посевной и уборочной и не приносит никаких доходов производителям.


Что касается населения, численность которого тоже уменьшилась, а жизненный уровень упал, то ему нужно не фуражное зерно, а хлеб, макароны, пирожные и прочие штуки, для производства которых белорусское зерно не очень и подходит. Поэтому придется для этих целей закупать пшеницу за рубежом. А нашу рожь не больно и продашь. С этим согласился и сам Лукашенко, сказав, что мир переполнен дешевым хлебом. А у нас он дорог.


В связи с видами на урожай и ходом уборки со всех трибун много говорили о продовольственной безопасности. И вполне можно согласиться с тем, что страна должна иметь определенные запасы хлеба на случай разного рода катаклизмов. Но ведь важнейшим критерием продовольственной безопасности является доступ "последнего потребителя" к продовольствию. Это значит, что не должно быть недоедания значительных групп населения, находящихся за чертой бедности. У нас, даже по официальным данным, на начало текущего года 32% семей (3,052 млн. человек) жили ниже уровня бюджета прожиточного минимума (это черта, определяемая физиологическими потребностями организма). Причем в возрастной группе до 15 лет доля "недопотребляющих" достигает 39%. Среди семей, имеющих троих и более детей, "ниже черты" живут 69%, причем каждая десятая такая семья имеет ресурсы в два раза "ниже низкого". Вот вам и вся продовольственная безопасность.


Стране нужны не битвы за хлеб, а глубокие экономические реформы. В том числе и аграрные. Но высшее руководство с упорством, достойным лучшего применения, продолжает практику командного управления и уборочных авралов.