Орхан Памук: я пишу ради красоты

Литературная Нобелевская премия 2006 года была присуждена турецкому писателю Орхану Памуку. Это самый известный...


Орхан ПамукЛитературная Нобелевская премия 2006 года была присуждена турецкому писателю Орхану Памуку. Это самый известный турецкий писатель современности. Его книги переведены на 40 языков и изданы более чем в ста странах. Орхан Памук хорошо известен и русскоязычному читателю. Его романы "Черная книга", "Меня зовут Красный", "Белая крепость" переводились на русский язык, их можно купить и в белорусских магазинах. Во всех книгах писателя речь идет о взаимопроникновении Востока и Запада в Турции, перекрестке двух миров — исламского и христианского.

Орхан Памук неоднократно становился обладателем различных премий. В 2003 году писатель получил литературную премию IMPAC (Международную Дублинскую премию) за роман "Меня зовут Красный". За отражение проблем сосуществования ислама и христианской культуры Орхан Памук получил премию мира от Объединения немецких книготорговцев.

Присуждение турецкому писателю Нобелевской премии большой сенсацией не стало. Вероятно, немалую роль сыграла и гражданская позиция литератора. Он один из немногих в его родной стране, кто вслух говорил о геноциде армян, что в Турции является уголовным преступлением. В прошлом году по этому поводу разразился крупный международный скандал.

В феврале 2005 года Орхан Памук в интервью швейцарской газете "Tages-Anzeiger" назвал действия турок против армян в 1915 году геноцидом. Это заявление вызвало бурю негодования на родине писателя. Памука обвинили в "очернении образа Турции" и завели на него дело, которое могло стоить писателю трех лет свободы. Личная позиция писателя сделала его противоречивой личностью среди соотечественников. Некоторые восхищаются его гражданским мужеством, другие считают его предателем родины.

По словам Орхана Памука, после публикации этого интервью он стал объектом кампании ненависти, из-за которой был вынужден покинуть Турцию, но вскоре вернулся назад, несмотря на обвинения. "То, что случилось с оттоманскими (турецкими) армянами в 1915 году было самым большим секретом, скрытым от турецкой нации; эти события были табу. Но сейчас мы должны быть в состоянии говорить о прошлом", — считает писатель.

На защиту Орхана Памука встала группа всемирно известных писателей, в том числе лауреаты Нобелевской премии Жосе Сарамагу (Португалия), Габриель Гарсия Маркес (Колумбия) и Гюнтер Гросс (Германия), а также Умберто Эко, Карлос Фуэнтес, Хуан Гойтисоло, Джон Апдайк и Марио Варгас Льоса, который, кстати, также назывался в числе претендентов на Нобеля-2006.

За Орхана Памука вступился и Евросоюз, назвавший процесс над писателем проверкой того, насколько развита свобода слова в Турции. В высоких европейских кругах даже всерьез заговорили, что процесс против писателя может отрицательно сказаться на перспективах Турции вступить в ЕС. В конце концов, Министерство юстиции Турции приняло решение прекратить судебный процесс.

"Я не политический писатель. Я не считаю, что мои книги должны влиять на ситуацию в стране. Я пишу ради красоты", — говорит Орхан Памук.

Писатель родился 7 июня 1952 года в состоятельной стамбульской семье, где почти все имели специальность либо инженера, либо строителя. Но Орхан Памук не пошел по стопам родителей. Он окончил стамбульский университет по специальности "журналистика", а с середины 80-х годов занимается исключительно литературой. До 22 лет Памук хотел стать художником, поэтому названия его книг столь "колоритны". Когда он описывает какое-то событие, он словно видит его во всех мельчайших подробностях, в цветах.

Свои первые работы он опубликовал в 1979 году, а к 90-м годам его стали считать одним из лучших писателей Турции. Наиболее известны такие его произведения, как "Белая крепость", "Черная книга", "Меня зовут Красный".

"Я работаю по 12 часов в день, и очень несчастлив тогда, когда не могу позволить себе этого. Я один из тех, кому удалось совместить любимое хобби и работу", — признается Орхан Памук.

Фамилия Памук переводится как хлопок. Как говорит сам писатель, "мои предки когда-то в незапамятные времена бежали с Кавказа в Турцию. Там, в Анатолии, они и получили это прозвище. У них лица были слишком белыми по тамошним меркам".

"Мой дед страшно разбогател в тридцатых годах на железных дорогах, — тогда в маленькой Турции их только начали строить. Я не преувеличиваю — он был очень богат, но рано умер, а его многочисленные дети бездарно профукали наследство. Так что у нас это такая семейная хохма — куда дедушкины деньги исчезли. Поскольку дед умер рано, всем заправляла бабушка — у нее было четыре ребенка, и все они жили в большом доме в районе Нишанташи. В период модернизации они перестроили дом в доходный, и все мои дядьки (и мои родители) расселились по отдельным квартирам — но в этом же самом доме. Так что ребенком я жил в обычном многоквартирном доме, а курьез состоял в том, что в этих квартирах жили мои родственники. Все двери были нараспашку, и я слонялся из одной квартиры в другую. Потом деньги стали таять — мы все еще ели на серебре, но вместо солонички, например, использовали медицинскую пробирку", — рассказывает Орхан Памук в интервью "Журнальному залу".

"Поскольку мой дед был инженером, предполагалось, что все мы пойдем по его стопам. Что и случилось. Но я в нашей "технической", "западнической" семье был настроен иначе — увлекался искусством. Я решил, что буду архитектором — и три года изучал предмет. Ну и читал, читал, читал. Типичная история — запойное чтение, которое привело меня к тому, что я решил стать писателем. Параллельно я стал учиться в Стамбульском университете на журналиста, но никогда не рассматривал это занятие серьезно — просто мне нужно было закосить от армии. Мне было двадцать два, и я писал мой первый роман, который не принес мне ничего: ни денег, ни славы. — рассказывает Орхан Памук. — Мои родители к тому времени развелись, да и времена в конце семидесятых были довольно безрадостные: страна находилась на грани гражданской войны. Так что до тридцати лет я жил с матерью в маленькой комнатке, забитой книгами. Денег у меня не было, работы тоже, я писал и жил отшельником, поскольку даже "в свет" выйти не мог: мне нечего было ответить на вопрос, чем я живу. То есть пришлось бы сказать, что я живу на родительские подачки. За это время я написал два с половиной романа и к тридцати годам сумел напечатать один из них — это была длинная семейная сага в классицистическом духе, но у нее было до странности много читателей. Первая книга продалась тиражом две тысячи за год, вторая — шесть, третья — шестнадцать, а потом — раз! — тиражи взлетели под небо: книги стали продаваться по паре сотен тысяч экземпляров каждая. Тогда же пришла и западная слава".

По словам Орхана Памука, его семья всегда была ориентирована на Запад: "Это была типичная республиканская семья с типичными светскими ценностями: либерализм, секуляризм, интерес к чужим культурам. Они были просвещенными западниками, а потому видели свою миссию в просвещении "темного" народа. Эта идеология — кемализм — давала им некоторые духовные полномочия, считалось, что они — это элита республики, что они выше остальных, что у них особый статус, особые привилегии. Что, в общем, было недалеко от истины".

"Я всю жизнь — за исключением двух лет в Америке — прожил в Стамбуле и чувствовал себя здесь довольно комфортно, поскольку я человек довольно хитрый, — говорит Орхан Памук. — Что это значит? Это значит, что когда мои друзья шли в "левую" политику, я делал вид, что я с ними, но думал о литературе больше, чем о политике. То есть я читал Фолкнера и Вирджинию Вулф, а когда мои друзья спрашивали: "К какой партии принадлежат эти писатели?"— отвечал, что это, типа, наши люди. Если же серьезно, то в случае необходимости я бы переселился в Италию. Итальянцы для меня — это те же турки, только более цивилизованные и пусть меня опять обвинят в антипатриотизме".

"Мои друзья во Франкфурте все время зовут меня к себе. "Сколько можно жить в Турции? — говорят мне. — Смотри, дождешься, прикончат они тебя!" Но ситуация не столь ужасающа. Все это преувеличение — убьют, прикончат. Турки не настолько брутальны. Более того, мне даже нравится ситуация, которая сложилась вокруг моего имени. Против меня написано столько, сколько ни о ком в Турции не писали за последние двадцать лет. Я даже хочу собрать все эти заметки в книгу и издать ее под заголовком вроде "Против Памука".

Орхан ПамукВ русской литературе Орхан Памук отдает предпочтение Толстому и Достоевскому: "К романам Достоевского я даже писал предисловия — когда их печатали на турецком. Еще — весь английский Набоков. Когда-то я запоем читал Солженицына, но теперь его брутальное морализаторство меня раздражает. Да вот мой "русский" стеллаж — смотрите сами: Андрей Белый, Чехов, Платонов. Там, в заднем ряду, стоят Эренбург и Горький. Они переехали туда не так давно. А вот эссе Бродского".

Орхан Памук живет в Стамбуле с женой, у которой русские корни, и меленькой дочкой недалеко от того места, где прошло его детство. Свой распорядок жизни писатель определяет достатчоно просто: "По утрам я отвожу дочку в сад и иду пешком через Бейоглу в свой офис. Это примерно двадцать минут. В офисе я пишу (от руки), отвечаю на звонки, веду переписку. Потом мои рукописи набирает ассистент. Вечером я возвращаюсь домой, и мы вместе ужинаем. Когда выходит очередная книга, я отправляюсь в рекламное турне по той стране, где она вышла. Потом возвращаюсь, и все начинается снова".