Сможет ли Беларусь платить по долгам, если никто больше не хочет одалживать?

Чтобы выплатить госдолг, нужно брать новые кредиты.

На фоне внутреннего политического кризиса и внешних санкций международное рейтинговое агентство Fitch Ratings подтвердило рейтинг Беларуси на уровне «B» с негативным прогнозом. При этом в числе негативных факторов агентство отметило «подверженный валютным рискам государственный долг».

Ранее Евразийский фонд стабилизации и развития (ЕФСР) спрогнозировал, что «в рамках рискового сценария в 2022 году государственный долг Беларуси может увеличиться почти до 61% ВВП по сравнению с 46% ВВП в базовом сценарии».

Рисковый сценарий может реализоваться, если белорусские госпредприятия окажутся не в состоянии обслуживать свои долговые обязательства, и правительство будет вынуждено принимать меры по их спасению, заместив корпоративные долги на государственный.

Согласно последним данным Минфина, на 1 октября госдолг Беларуси составил 57,1 млрд рублей, или 34,9% к ВВП, и с начала года уменьшился на 0,7 млрд рублей, или на 1,3%.

Внешний госдолг составил 18,2 млрд долларов, уменьшившись с начала года на 0,3 млрд долларов, или на 1,8%. Внутренний — 11,3 млрд рублей, увеличившись с начала года на 1,4 млрд рублей, или на 14,4%.

 

Так ли страшен госдолг, как его рисуют?

Как утверждают эксперты, в современном мире параметры госдолга сами по себе не имеют решающего значения — многие благополучные страны живут в долгах и особо не переживают по этому поводу.

Общий долг в среднем по миру сейчас составляет 105% от уровня мирового ВВП. У Японии госдолг составляет 234% к ВВП, у США — 160%.

Но у этих государств нет проблем с обслуживанием госдолга — инвесторы доверяют им, понимая, что они не допустят дефолта и будут обслуживать долги.

Правда, тут есть нюансы — увеличение госдолга не страшно только в том случае, когда экономика страны растет интенсивно, а внешние заимствования направляются на развитие. А этого в Беларуси не происходит: если в нынешнем году ВВП может вырасти на 2%, то в 2022-м Евразийский банк реконструкции и развития  прогнозирует рост всего лишь на 0,2%.

Старший аналитик компании «Альпари Евразия» Вадим Иосуб уверен: «Уменьшение госдолга — это не всегда хорошо, а его рост — не всегда плохо».

По мнению эксперта, смотреть надо не на объемы госдолга в долларах, не на его рост или падение, не на соотношение долга с ВВП, а на средний рост экономики в сравнении с процентной ставкой займа.

Государство может иметь огромный долг и не переживать, потому что экономика эффективно справляется с его обслуживанием и одновременно растет, и этот долг можно рассматривать как инвестиции в развитие. В противном же случае деньги просто проедаются, растущий госдолг превращается в ярмо для будущих поколений.

При этом в условиях санкционного давления белорусским властям все сложнее найти новых кредиторов — контакты с западным миром разорваны, поэтому занять деньги Беларусь сейчас реально может только у России.

 

Круговорот долгов

Академический директор BEROC Катерина Борнукова также полагает, что не совсем корректно делать выводы исходя только из соотношения госдолга с ВВП: «Те же 35% у нас и в какой-либо другой стране могут означать абсолютно разные вещи».

Но у нас этот долг выражен в валюте, отсюда и такая уязвимость — при любой девальвации госдолг к ВВП резко вырастает, отметила эксперт в комментарии для Naviny.by.

По ее мнению, именно с этим связаны, скорее всего, и прогнозы ЕФСР: «Аналитики видят не резкое увеличение долга в долларах, хотя это, скорее всего, тоже произойдет, они, скорее, видят падение ВВП в долларах за счет возможной девальвации».

А это, в свою очередь, делает обслуживание долга сложным.

«Сейчас многие исследователи стали говорить о том, что надо как раз смотреть на показатель обслуживания и выплаты долга к ВВП. А тут у нас достаточно большая нагрузка: ежегодно мы должны выплачивать 2-3 млрд долларов. И опять же, проблема в том, что это деньги в долларах», — сказала Борнукова.

По мнению старшего научного сотрудника BEROC Льва Львовского, без дополнительных кредитов правительству будет довольно проблематично выплачивать госдолг. И власти постоянно ведут переговоры с восточной соседкой по вопросу дополнительного кредита, уже даже звучит цифра 3,5 млрд долларов.

«Если Россия сама или через Евразийский банк эти деньги даст — проблема долга опять нас не коснется и будет отложена еще минимум на год», — отметил Львовский.

В принципе, «технически выплатить эту сумму Беларусь может без всяких займов, у нас есть 7 млрд долларов золотовалютного резерва». «Но, конечно же, так делать нельзя и, скорее всего, не будут — это повлечет значимое уменьшение ЗВР, может пострадать стабильность всей системы», — уверен эксперт.

Кроме того, бюджет на 2022 год уже запланирован с дефицитом, значит, по мнению эксперта, выплаты из его доходов исключены.

Сейчас, продолжил аналитик, государственный внешний долг живет в такой системе: чтобы его выплатить, нужно брать новые кредиты.

 

Россия поможет?

Катерина Борнукова считает, что сценарий, по которому Беларусь не сможет рассчитываться по своим долгам, сейчас маловероятен.

«Такая ситуация может сложиться, если внутри страны банки держат достаточно много государственного долга, и тогда он из надежных активов становится ненадежным. Происходит то, что называют сдвоенным кризисом: финансовый кризис как в госдолге, так и в банковской системе. Обычно это сопровождается очень серьезным падением ВВП», — отметила аналитик.

В Беларуси же, во-первых, долг в основном внешний, но самая главная особенность, полагает эксперт, — в том, что он в основном перед Россией либо перед фондами, аффилированными с Россией, такими как, например, Евразийский фонд стабилизации и развития.

А Москве совершенно не выгодно допустить дефолт в Беларуси, потому что в этом случае Минск не сможет платить по своим долгам. Поэтому, считает аналитик, Россия перманентно рефинансирует нам эти долги. «В этом году это позволяло нам отдавать долг Китаю», — добавила она.

 

Включат ли денежный станок?

Борнукова уверена: пока включать денежный станок для правительства Беларуси смысла нет. Более того, «большой внешний долг играет роль тормоза в желании печатать деньги», продолжила она, пояснив: если бы долг был в основном внутренний и в местной валюте, то этот соблазн был бы высок — мол, давайте напечатаем рубли и ими отдадим долги, поддержав госпредприятия.

«Однако станок при наших высоких инфляционных ожиданиях означает моментальный рост инфляции, инфляция перейдет в девальвацию, и в итоге мы получим увеличение долговой нагрузки, потому что обслуживание долга в рублях становится еще более дорогим. То есть, государство ничего от этой политики не выигрывает, и, я думаю, что эта ситуация с внешним долгом во многом помогла Беларуси перейти к более ответственной монетарной политике, потому что давала дополнительные аргументы ее приверженцам», — резюмировала Борнукова.

 

Использованы стоковые изображения от Depositphotos

 

Подписывайтесь и читайте нас в Telegram и Viber