У Минска не получится вновь выставить на торги вопрос отмены смертной казни

К теме отмены смертной казни в Беларуси возвращаются, когда улучшаются отношения с ЕС, затем снова задвигают на задний план.

После прихода к власти Лукашенко вопрос смертной казни постоянно находится в повестке белорусско-европейских отношений. Тема актуализируется в те моменты, когда официальный Минск находится в стадии замирения с Брюсселем, и затихает, когда отношения вновь портятся.

Сейчас именно такой случай. Более того, считают эксперты, для Запада сегодня смертная казнь не является первоочередным предметом торга.

Беларусь — единственная в Европе страна, где продолжают применять смертную казнь. За последние 20 лет расстреляно около 400 приговоренных к высшей мере наказания. В 2021 году был вынесен один смертный приговор.

 

Отмена смертной казни — вопрос политической воли

Смертная казнь должна быть «безвозвратно удалена» из системы правосудия всех обществ, включая белорусское, заявил глава представительства Евросоюза в Беларуси Дирк Шубель в обращении по случаю Международного дня против смертной казни, который отмечается 10 октября.

Подобные заявления мы слышим постоянно. Как на них реагирует белорусская власть?

Координатор кампании «Правозащитники против смертной казни в Беларуси» Андрей Полуда напомнил, что в начале года власти инициировали дискурс об отмене смертной казни в рамках обсуждения изменений в Уголовный Кодекс. Тогда появился информационный вброс, что такой вид наказания, как смертная казнь, может быть исключен из УК. «Поскольку это происходило на фоне вынесения смертного приговора Виктору Скрундику, возможность каких-то изменений вызывала определенный скепсис», — сказал Полуда в комментарии для Naviny.by.

Когда же разговоры об исключении казни из УК поутихли, помиловали братьев Костевых. «Такое произошло впервые за последние двадцать лет. Правозащитники расценили это как акт гуманизма», —  сказал Полуда.

В Беларуси периодически президент к кому-то применяет помилование, но речь идет не о смертниках. Формально Лукашенко принимает решение на основе информации, подготовленной Комиссией по вопросам помилования и освобождения от уголовной ответственности при президенте. Эта комиссия, согласно закону, рассматривает смертный приговор вне зависимости от того, подаст осужденный ходатайство о помиловании либо нет.

Теперь тема смертной казни снова стала звучать в связи с возможным проведением референдума. На этот счет Полуда высказал мнение, что «скорее всего вопрос отмены смертной казни на народное голосование не вынесут, хотя конъюнктура очень быстро меняется».

И все же референдум по вопросу смертной казни в Беларуси не исключен, но это произойдет позже и отдельно от референдума по изменению Конституции, сообщило 28 сентября госагентство БЕЛТА со ссылкой на председателя Конституционного суда, председателя Конституционной комиссии Петра Миклашевича.

По его словам, ставить сегодня вопрос об отмене смертной казни, изменении порядка ее применения признано нецелесообразным, «поскольку это вопрос очень чувствительный».

Позиция же правозащитников на этот счет заключается в том, что решение об отмене смертной казни должно приниматься политической волей, а не народным голосованием.

«Такой вопрос не следует выносить на референдум, — отметил Полуда, — потому что эта тема лежит в эмоциональной плоскости, ответы на референдуме зависят от конъюнктуры, контекста, зрелости общества в целом. Именно поэтому референдумы по такому вопросу не проводились в европейских странах. На мой взгляд, для политиков важно проявлять политическую волю в данном вопросе, ведь отказ от смертной казни улучшает общество. Оно становится толерантнее, увеличивается уровень понимания ценности человеческой жизни, уменьшается уровень ненависти и насилия».

 

«Нет ни рынка, ни покупателя»

Пойдут ли власти на то, чтобы хотя бы ввести мораторий на смертную казнь, зависит во многом от конъюнктуры. Не исключено, что Минск будет пытаться торговаться с ЕС, для которого отмена смертной казни является принципиальным вопросом из сферы фундаментальных ценностей.

Однако в настоящее время у Беларуси нет никакого диалога с ЕС, отметил в комментарии для Naviny.by аналитик Центра европейской трансформации Андрей Егоров: «Чтобы начать торговлю, нужна рыночная площадь, которой нет».

Более того, подчеркнул эксперт, «в настоящий момент вообще странно воспринимать какие-либо другие темы <для переговоров> как более весомые, помимо освобождения политических заключенных, которых в Беларуси более восьмисот».

Белорусский режим пытается «перебить эту тематику гибридной интервенцией и торговлей людьми», говорит политолог. По его мнению, с точки зрения белорусских властей, «если Евросоюзу жалко политических заключенных», следует быть более лояльным с Минском, иначе «белорусский режим может устроить гуманитарную катастрофу на границе с ЕС».

Проблема отмены смертной казни — это стратегический вопрос сферы гуманности, однако эта проблема никогда не являлась первоочередной, отметил Егоров. К теме отмены смертной казни в Беларуси возвращаются, когда улучшаются отношения с ЕС, затем снова задвигают на задний план.

«Так можно делать бесконечно. Пока диалог не будет восстановлен, не получится у властей продать отмену смертной казни, так как нет ни рынка, ни покупателя», — заключил политолог.

 

Приведение в исполнение смертных приговоров — способ показать: власть есть, она защищает

Сегодня возможности для проведения социологических исследований в Беларуси крайне ограничены, и объективных данных об отношении белорусов к институту смертной казни нет. Миклашевич, например, ссылался на данные референдума 1996 года. Лукашенко также многократно обращался к итогам того референдума, который проходил в совершенно другой Беларуси, и говорил, что отменить смертную казнь ему не дает белорусский народ.

Теперь в тяжелый период социально-политического кризиса в Беларуси трудно представить, что в обществе будет активный спрос на отмену смертной казни.

Психолог Елена Пешкова отметила в комментарии для Naviny.by, что как бы цинично это не звучало, смертная казнь — это традиционное наказание по громким, затрагивающим базовое чувство безопасности общества делам:

«Терпимость и возможность не отвечать на них прямо и симметрично, по принципу око за око — это роскошь, которую могут позволить себе не все культуры. Чем больше реальной, не декларируемой безопасности в обществе, тем проще людям справиться со страхом внезапного нарушения привычного хода вещей, тем больше у них уважения к своей и чужой жизни. Когда безопасности по каким-то причинам мало, решения надо принимать быстро и однозначно, есть стремление устранить угрозу — и точка».

По словам Пешковой, в некотором смысле для общества приведение в исполнение смертных приговоров — это ритуальное действие, призванное успокоить и показать: власть есть, она защищает.

«В ситуации тотальной тревоги спрос на такие действия может даже повыситься. Теперь в Беларуси люди живут в атмосфере небезопасности, а нормальная реакция на это именно тревога», — отметила психолог.

Полуда, говоря об отношении белорусов к смертной казни, привел пример помилования братьев Костевых, которое не вызвало никакой публичной отрицательной реакции. Не было возмущения даже в Черикове, на родине убитой Костевыми учительницы. При этом после вынесения смертного приговора братьям в зале суда раздались аплодисменты и возгласы одобрения.

Полуда уверен, что если бы в Беларуси отменили смертную казнь или хотя бы ввели мораторий на ее применение, это бы положительно повлияло на общество на данном этапе, когда многие вопросы обострены и обнажены.

«Если бы такое произошло, я бы не считал отмену смертной казни слабостью власти, наоборот, расценил бы как сильный и серьезный поступок», — заключил Полуда.

 

 

Подписывайтесь и читайте нас в Telegram и Viber