Степана Латыпова отправили в колонию на восемь с половиной лет

Судья Советского района Минска Александр Волк приговорил политзаключенного Степана Латыпова к лишению свободы на восемь лет и шесть месяцев в условиях колонии усиленного режима и штрафу в размере 300 базовых величин. Именно такое наказание просил назначить обвинитель Владимир Рябов.

 

В чем суд признал Латыпова виновным

Латыпов был задержан 15 сентября 2020 года во дворе своего дома на улице Червякова на так называемой «площади Перемен». Латыпов защищал будку с изображением диджеев от неизвестных людей в балаклавах, которые в очередной раз пришли уничтожать рисунок.

По словам очевидцев, он требовал, чтобы неизвестные в штатском и масках представились. Позже подтвердилось, что этими неизвестными были сотрудники милиции. По делу они проходили потерпевшими, хотя никто из них не обращался за медпомощью и не получил телесных повреждений.

Признанного правозащитниками политзаключенным Степана Латыпова признали виновным по ч.ч. 1, 2 ст. 342 (организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти, повлекших нарушение работы транспорта и организаций, и активное участие в таких действиях); ч. 2 ст. 363 (сопротивление сотрудникам органов внутренних дел при выполнении ими обязанностей по охране общественного порядка); ч. 4 ст. 209 (мошенничество, совершенное в особо крупном размере).

В суде прозвучало, что Латыпов участвовал в организации пошива бчб-флагов, вел телеграм-канал «площади Перемен». Согласно обвинению, оказал активное сопротивление сотрудникам милиции, сопряженное с применением насилия.

Обвинение в мошенничестве связано с бизнесом Латыпова. Следственный комитет сообщал, что в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности предприятия «Беларбо», директором и бухгалтером которого являлся Латыпов, установлены факты хищения и ненадлежащего оказания услуг.

По версии обвинения, с апреля 2019 года по сентябрь 2020 года Латыпов «под видом осуществления законной деятельности, путем обмана и введения в заблуждение завладел денежными средствами не менее 16 юридических лиц на общую сумму более 123 тысяч рублей».

Мошенничество, по версии гособвинителя Владимира Рябова, заключается в том, что Латыпов заключал договора на обработку площадей от борщевика Сосновского в разных районах Беларуси. По версии обвинения, площади или не обрабатывались, или обрабатывались запрещенными в Беларуси химическим веществами, «создавая видимость выполненных услуг». За заказ Латыпов получал от двух до семи тысяч рублей.

Характерно, что никто из получателей услуг не жаловался в правоохранительные органы.

В 2019 году у Латыпова работали 14 человек, он выиграл тендер на обработку борщевика во всем Минском районе. Как сообщал телеканал «Настоящее время», среди клиентов Латыпова были vip-персоны, «Дипсервис», он приводил в порядок деревья в резиденции президента.

Латыпов не признал вину ни по одному из пунктов обвинения.

 

Попытка суицида как крик о помощи

Процесс над Латыповым начался в суде Советского района Минска 1 июня. Первое заседание прошло в старом здании суда, в котором были серьезные проблемы с этапированием подсудимых, остальные — в новом.

На первом заседании после допроса в качестве свидетеля отца подсудимого Сергея Латыпова Степан заявил, что к нему приходили из ГУБОПиКа и предупредили: если он не согласится с обвинением, то проблемы будут не только у него, но и у всей семьи.

«Отец, готовься», — сказал Степан Латыпов, потом встал на скамью в клетке, достал какой-то предмет и вонзил его себе в шею.


Читайте подробнее:


Во время последнего слова Латыпов рассказал, как готовился к самоубийству (цитаты по spring96.org):

«На каждый допрос, на каждую встречу с адвокатом я брал маленький кусочек фольги, подбирая форму и размер так, чтобы их не мог обнаружить конвой. Убийца-рецидивист за пакет кофе подробно рассказал о досмотре, а профессиональный вор-карманник научил прятать лезвие. Позже мне посоветовали обмотать металл кусочком пластыря, чтобы он не скользил по пальцам. Пластырь я попросту наклеил на папку с документами и написал на нем ручкой. Потом переклеил на куртку, это никого не смутило. Как никого не смутило и то, что всю первую половину заседания я плёл кляп, который нужен был, чтобы уйти достойно, не визжа от боли. Было больно. Безумно больно и страшно. Целью ставил перерезать хоть одну из сонных артерий. С левой стороны прорезать не удалось, но зато с правой, благодаря уклону налево, удалось разрезать... И почувствовал пальцами тепло. Даже удалось зацепить артерию, но от волнения я потянул дальше, вместо того, чтобы углубляться по трахеи...

Потом дёрнул за ногу конвоир, я ударился головой и упал. Было больно, страшно и очень стыдно. Очень стыдно, потому что попытка вышла неудачной. И то, что есть много способов защитить своих близких и соседей, которых я в тот момент не увидел».

Таким образом, Латыпов опроверг версию о том, что порезал горло ручкой.

«Осколком ручки нельзя порезать шею, — сказал он в последнем слове в суде, объясняя, почему согласился на версию с ручкой. — Им даже лимон отрезать невозможно, это очевидно любому. Но следствию срочно нужна была картина спонтанного эмоционального поступка. Мне очень хотелось спать после наркоза. На третьи бессонные сутки, я был согласен на что угодно».

Конвоиры некоторое время не могли открыть клетку после попытки суицида, слушатели плакали и кричали. Судья сразу ушел из зала суда, обвинитель застыл на месте, побледнев. Скорая приехала через примерно 15 минут и в течение получаса после прибытия отвезла Латыпова в Минский НПЦ хирургии, трансплантологии и гематологии, где ему сделали операцию.

На следующий день пострадавшего из больницы забрали в СИЗО. Об этом Латыпов говорил адвокату 10 июня до начала судебно заседания, и присутствующие в зале это слышали. Он также сказал адвокату, что все его действия связаны не с его неадекватностью, а «с неадекватностью сотрудников ГУБОП».

На шее Латыпова сейчас заметен шрам длиной не менее десяти сантиметров.

10 июня суд назначил Латыпову повторную психиатрическую экспертизу, которая показала, что он не имеет психических заболеваний. То, что Латыпов не имеет суицидальных склонностей, подтвердила первая судебно-психиатрическая экспертиза, которая проводилась во время предварительного следствия.

 

Что сказал суд над Латыповым каждому из нас

Во-первых, еще раз во время судебного процесса подтвердилось, что во время задержания применяется насилие, а во время следствия — жесткое давление.

Латыпов рассказал в последнем слове:

«15 сентября 2020 года люди в масках занесли меня в микроавтобус. Затянули руки за спиной, надели на голову мусорный пакет и повезли на Парк дружбы народов. По пути дважды пересаживали из автобуса в автобус. Но это был мой район, и я знаю там каждый поворот. Потом они меня избивали, включили радио на всю громкость и начали меня бить. Никогда в жизни мне не было так страшно. Люди в масках били руками, ногами, дубинками. Все скопом и по одному. Выкручивали руки, ноги за спиной, "ласточкой", избивали кулаками и ладонями по ушам так, чтобы в голове словно взрывалась граната. Били дубинкой по ягодицам, били так, чтобы синяка не оставалось. Но опираться я не мог еще три недели. Недавно услышал такой термин межмышешечная гемотома, возможно, это была она. Я кричал, задыхаясь в черном пакете, а они смеялись. Говорили: Учим алфавит. Сейчас спрашиваем букву “Аааа” и начнем учить “Б”. Говорили: Не кричи, твоя Тихановская не услышит. Но я продолжал кричать. Я кричал и думал: очень хорошо, что взяли меня, мало кто из соседей в Беларуси выдержит это».

Во-вторых, записи разговоров по мобильным телефонам доступны силовым органам. В суде над Латыповым были озвучены стенограммы его разговоров с разными людьми, начиная с июня 2020 года. Причем, как отметила адвокат Латыпова, озвученные разговоры не были процессуально оформлены должным образом.

Наконец, суд над Латыповым продемонстрировал, что можно оставаться человеком даже в самых сложных обстоятельствах — проявлять эмоции, сохранять достоинство и верить в людей. Латыпов верил даже в то, что судья проявит профессионализм и примет во внимание то, как добывались показания против него, как его мучили, но этого не случилось.

Латыпов говорил в последнем слове: «Я бы хотел, Высокий суд, чтобы, вынося свой приговор, вы понимали, что приговор выносится не мне одному, но и многим людям, чья вина заключается лишь в том, что они меня любят.

Я хочу, чтобы, вынося приговор, Высокий суд в полной мере осознавал, сколько умных людей, создающих игры, в которые играют сотни людей, программное обеспечение автомобилей, новые сорта пшеницы, автомобили и изучающие новые методики для лечения рака — сколько умных и любящих людей ждут этого приговора, чтобы принять решение: оставаться в Беларуси или отдать все свои силы, знания и талант на процветание другой страны». 

 

 

Фото spring96.org

 

 

Подписывайтесь и читайте нас в Telegram и Viber