Михаил Пастухов. ДЕ-ЮРЕ. Какой должна быть Конституция Беларуси? Часть 5

Михаил ПАСТУХОВ

Михаил ПАСТУХОВ

Доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Республики Беларусь, судья Конституционного суда Республики Беларусь первого состава (апрель 1994 — января 1997 гг.). Эксперт по вопросам судоустройства, судопроизводства, конституционного и европейского права. Один из разработчиков Концепции судебно-правовой реформы, проекта Конституции 1994 г., закона «О Конституционном суде Республики Беларусь» 1994 г.

Часть 5. Какой оптимальный вариант конституционной реформы?

В данной статье хотел бы сделать акцент на главных вопросах проведенного исследования, а именно: почему не стоит в переходный период принимать новую Конституцию; что не так в проекте Конституции «от группы Лебедько»; чем лучше вариант точечных поправок в Конституцию 1994 г.

 

Ранее

Часть 1. Что представляет собой Конституция 1994 года?

Часть 2. Поправки в Конституцию и их юридическое значение

Часть 3. Как вернуть Конституцию 1994 года?

Часть 4. Какие могут быть поправки в Конституцию 1994 года?

 

Почему не стоит принимать новую Конституцию?

Особенностью нынешней правовой ситуации в Беларуси является отсутствие легитимного законодательства, начиная от Конституции и кончая актами местных органов власти. На референдумах 1995, 1996 и 2004 гг. власти навязали гражданам чуждые им поправки, в том числе несменяемую единоличную власть.

Незаконно созданный двухпалатный парламент стал послушным придатком исполнительной власти, как и состав Центральной избирательной комиссии во главе с ее бессменным руководителем. Суды и иные правоохранительные органы также стали филиалами при администрации главы государства.

При крушении этой системы власти принять в короткие сроки новую Конституцию нереально и неправомерно. И вот почему.

Во-первых, разработчики предлагают принять «настоящую Конституцию» через референдум (ст. 184). Причем, Конституция должна вступить в силу уже на следующий день после объявления итогов голосования.

Такой порядок вызывает большие сомнения с правовой точки зрения. Понятно, что разработчики проекта и иже с ними захотят ограничиться на референдуме одним вопросом: «Поддерживаете ли вы проект Конституции, предложенный группой под руководством дважды депутата Верховного Совета Республики Беларусь А.В. Лебедько?». При этом референдум будет считаться состоявшимся при любой явке граждан. Однако это ни что иное, как упрощенчество и обман народа, что мы проходили в годы правления Лукашенко.

Во-вторых, на пути к заветной цели (референдуму) необходимо ответить на вопрос: кто должен назначить референдум? Вариантов может быть два: глава государства по действующей Конституции (то есть Лукашенко) или «некоронованный президент» (то есть Тихановская).

Первый вариант трудно представить, но второй вариант, в принципе, возможен. Например, восстановить результаты голосования на выборах 2020 г., провести новое интернет-голосование избирателей.

Но и здесь возникает ряд вопросов. В частности, кто признает победу Тихановской и выпишет ей удостоверение президента? На какой Конституции приносить Присягу? Если взять за основу редакцию Конституции образца 1996 года, то указ о назначении референдума будет сомнительным с правовой точки зрения.

В-третьих, в качестве основы для проведения референдума в проекте Конституции предлагается использовать Избирательный кодекс (ст. 186). В таком случае сохраняется нынешний состав Центральный избирательной комиссии, как и состав территориальных избирательных комиссий.

Тем самым, рассчитывать на назначение референдума по принятию новой Конституции весьма проблематично.

 

Что не так в проекте Конституции?

Изучение проекта Конституции позволяет высказать ряд критических замечаний.

Во-первых, представленный текст нельзя признать проектом новой Конституции.

Это, скорее, компиляция Конституции 1994 г. и частично действующей Конституции. В результате переработки материала текст увеличился в объеме и в количестве статей при сохранении структуры этих вариантов Конституции.

Во-вторых, круг разработчиков документа крайне узок и выражает позицию одной политической партии (ОГП). Специалистов по конституционному праву среди них мало.

В-третьих, сомнение вызывает предлагаемая конструкция системы власти.

По сравнению с Конституцией 1994 г. в ней значительно ослаблены позиции парламента (Верховного Совета). Так, сокращается число депутатов (с 260 до 220), уменьшается срок полномочий (с пяти лет до четырех), предусматривается возможность досрочного роспуска по инициативе президента. Парламент лишается права назначать референдумы, избирать генпрокурора, председателя правления Нацбанка, формировать весь состав Центризбиркома.

В то же время у президента сохраняются почти все прежние полномочия. В частности, он предлагает кандидатуру премьер-министра, генпрокурора, председателя правления Нацбанка и соответственно через них может влиять на возглавляемые ими органы. Он руководит внешней политикой государства, является главнокомандующим, руководит Советом безопасности, назначает генералитет и командует «силовым блоком». Он имеет прямое отношение к формированию Центризбиркома и назначению судей. Он может иметь своего представителя в парламенте. Он будет иметь право издавать указы во всех сферах деятельности. Он может произвольно распоряжаться инвестициями и золотым запасом, хранящимся в Нацбанке. Освободить президента от должности будет невозможно в силу сложной и многоэтапной процедуры.

Правительство — Совет министров — останется марионеткой в руках президента и частично парламента. Главное лицо в правительстве — премьер-министр — будет «человеком от президента». Образованный им состав правительства также будет лояльным по отношению к президенту. Во внешнеполитической, оборонной и правоохранительной сферах правительство будет следовать указаниям президента.

Процедура решения вопроса о вотуме недоверия правительству подтверждает его зависимость от воли президента. Так, если Верховный Совет дважды в течение года выразит недоверие правительству, то президент может распустить Верховный Совет. При этом Совет министров продолжит работу до сформирования нового состава Верховного Совета. Значит, в этот период страна будет обходиться без парламента, что позволит исполнительной власти укрепиться и провести в парламент «своих» депутатов.

В-четвертых, в проекте нет надежных механизмов создания независимой и авторитетной судебной власти.

Так, Конституционный суд предлагается формировать по пять человек от президента, от председателя Верховного Совета и от председателя Верховного суда (ст. 131 проекта). Результат может быть следующим. Президент поручит своему «офису» подыскать пять подходящих кандидатов и проведет с ними беседу насчет их великой миссии и ответственности (понятное дело, в своих интересах). Председатель Верховного Совета будет вынужден рассматривать «протеже» от депутатов. Некоторые депутаты захотят сами занять «хлебные должности», заручившись поддержкой своих коллег. Председатель Верховного суда будет искать кандидатов из числа судей. В итоге получится состав Конституционного суда из числа «блатников», далеких от конституционного правосудия. Понятное дело, что председателем этого суда будет «назначенец» от президента.

Судей Верховного суда будет утверждать Верховный Совет по предложению Национального совета правосудия (ст. 139). Можно предположить, что кандидатуры судей будет на самом деле вносить председатель Верховного суда.

Первое назначение на должность судьи сроком до пяти лет осуществляется президентом по предложению Национального совета правосудия (ч. 3 ст. 139). Все другие судьи, кроме судей Конституционного суда и мировых судей, должны назначаться Национальным советом правосудия бессрочно (ч. 4 ст. 139).

В этой связи весьма интересно, как Национальный совет правосудия, состоящий на 2/3 из судей и на 1/3 из адвокатов, будет назначать судей? Кто будет издавать приказ? Кто будет выдавать удостоверение судьи? Можно ли судью не утвердить после пятилетнего срока работы? Станет ли судья после назначения независимым?

На мой взгляд, Национальный совет правосудия будет фиктивной структурой, выполняющей указания Верховного суда и Национальной коллегии адвокатов. Считаю, что из этой затеи ничего хорошего не получится, кроме протекционизма и коррупции.

В-пятых, в проекте главы «судебная власть» не говорится о создании специализированных судов, в том числе хозяйственных (экономических) судов. Нет упоминания и о суде с участием присяжных заседателей, который мог бы украсить судебную систему. В то же время допускается возможность образования мировых судей (непонятно, с какой целью).

В-шестых, новая редакция раздела V «Местное управление и самоуправление» не содержит ничего нового, кроме введения термина «грамада», дописки о том, что разграничение полномочий между органами государственной власти и органами местного самоуправления осуществляется «…на основе принципов субсидиарности и соразмерности ресурсов объему полномочий».

Представительные органы местной власти остались без названия. Новое административно-территориальное устройство Беларуси в проекте не определяется. Также не определяется порядок формирования исполнительных органов, нет указания о статусе городов и порядке избрания мэров.

В-седьмых, проект Конституции завершается разделом IX «Переходные и заключительные положения».

Этот раздел ужасает своим содержанием и подрывает доверие к подготовленному проекту. Согласно ст. 184 проекта, «настоящая Конституция» должна вступить в силу уже на следующий день после объявления итогов референдума. То есть, новую Конституцию предлагается принять на референдуме.

Такой порядок вступления в силу новой Конституции нельзя признать законным и оправданным. Ни в Конституции 1994 г., ни в действующей Конституции не допускается принятие Конституции через референдум. По сути, через переходные и заключительные положения предлагается обходной маневр с принятием новой Конституции.

Кроме того, абсурдно выносить на голосование 189 положений проекта Конституции, прикрываясь общим вопросом: «согласны ли вы принять новую Конституцию во имя лучшей жизни в Беларуси?». Причем, заведомо зная, что большинство избирателей не разбирается в тонкостях конституционного права. Это называется профанацией (от лат. profanatio — «осквернение святыни» — искажение, опошление чего-либо)

 

Чем лучше вариант «поправок»?

На мой взгляд, вопрос о принятии новой Конституции может быть поставлен лишь в отдаленной перспективе. В переходный период достаточно восстановить Конституцию 1994 г., а после избрания Верховного Совета Республики Беларусь внести изменения и дополнения в текст Конституции в целях ее адаптации к новым условиям.

Какие преимущества такого пути конституционной реформы?

Во-первых, восстанавливается конституционная законность в стране, в том числе путем отмены незаконных поправок в Конституцию на референдумах 1995, 1996 и 2004 гг.

Во-вторых, появляется законная основа для создания легитимных органов власти, в том числе Верховного Совета Республики Беларусь как высшего представительного постоянно действующего и единственного законодательного органа.

В-третьих, закономерно будет поставлен вопрос об ответственности лиц, допустивших посягательство на Конституцию 1994 г., а также на права и свободы граждан.

В-четвертых, возникнет необходимость проведения реформ во всех сферах деятельности и принятия нового законодательства.

В-пятых, после избрания легитимного парламента будет образована Конституционная комиссия, а также создан ряд групп по подготовке новых законов. Одновременно будет осуществляться проверка действующего законодательства на предмет соответствия Конституции 1994 г.

В-шестых, можно будет без спешки обсудить вопрос об изменении статуса президента. Возможно, депутаты посчитают целесообразным упразднить данную должность, возложив основные полномочия президента на спикера парламента, его заместителей и президиум в качестве «коллективного президента».

В-седьмых, принятие точечных поправок в Конституцию обеспечит поступательное конституционное развитие страны с учетом многовековой истории белорусской государственности и культуры.

Как судья Конституционного суда Республики Беларусь, сохранивший верность Конституции 1994 года, заявляю, что у нас была и есть одна законная Конституция. Мы должны ее восстановить и внести в нее необходимые изменения и дополнения. Это —быстрый, надежный и простой путь утверждения в Республике Беларусь законности, демократии и справедливости.

P.S. Благодарю читателей, которые ознакомились с моими рассуждениями.

Я уверен, что мы дойдем до той Беларуси, о которой мечтали ее славные деятели, и займем “свой пачэсны пасад між народамі”.

На завершение предлагаю блок моих поправок в Конституцию 1994 г.

 

 

 

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».