Двоих могилевчан осудили за кражу надгробий XIX века. Их сдавали на металлолом

Украденной ими считается и надгробная плита тогдашнего городского головы.

Василий Подлобко и Сергей Петрухин работали в спецкомбинате по обслуживания населения, который ухаживает за городскими кладбищами. Памятники они сдавали в пункты приема вторсырья. Охранного статуса надгробия не имели, но, по словам знатоков местной старины, являлись частью историко-культурного наследия Могилева.

Надгробия мужчины вывозили с двух кладбищ — Машековского и еврейского, которые расположены на окраине микрорайона Юбилейный. Эти кладбища считаются закрытыми, хотя новые захоронения время от времени там появляются. Здешние некрополи исследуют рачители городской старины.

Исчезновение с Машековского кладбища чугунной плиты с могилы Григория Грумм-Гржимайло, который в 1840-х годах был городской головой, заметил экскурсовод Олег Дьячков в мае 2020 года и обратился в милицию.

Во время следствия была обнаружена пропажа еще трех памятников: с надписью «Младенецъ Александръ Пушкинъ» и «Здесь покоится прах помещицы Александры Игнатьевны, урожденной Ладо Клодницкой Констовичевой», а также в виде креста с могилы «девицы Елены Герасимович».

Об исчезновении еще одного памятника с еврейского кладбища, которое рядом с Машековским, милиции сообщили представители еврейской общины в июле. Памятник стоял на могиле Раши Лурье, умершей в 1895 году.

Захоронение находилось на площадке, которой три года назад придали охранный историко-мемориальный статус. Сейчас этот участок на частные пожертвования восстанавливается после десятилетий запустения.

Исследователи еврейской истории утверждают, что аналогов украденному надгробию в Беларуси нет. О самой Раше Лурье сведений мало, женщина была представительницей еврейского рода, известного множеством достижений в различных науках.

По данным следствия, Василий Подлобко и Сергей Петрухин разбивали чугунные надгробия на куски и сдавали их ломом в пункты заготовки вторсырья.

Фрагменты надгробия Елены Герасимовой оперативники отыскали в одной из заготовительных контор. Ее сотрудник не только записал данные Подлобко, но и сфотографировал его, так как усомнился в законности добытого им металлолома.

На кусках металла сотрудник заготконторы рассмотрел крест и буквы. Подлобко объяснил, что заменил памятник на могиле своей бабушки, а старый решил сдать. За него Подлобко выручил 30 рублей.

Привезенное работником спецкомбината заготовитель отставил в сторону. Вскоре приехала милиция и, сопоставив фрагменты, выяснила, чье это надгробие.

Еще один заготовитель по фотографии, показанной оперативниками, опознал надгробную плиту Григория Грумм-Гржимайло, фрагменты которой, как он настаивал в суде, привозил Подлобко.

По словам заготовителей, работники спецкомбината не раз привозили им металлолом на служебной машине. За одну из партий лома в 400 кг Подлобко получил 120 рублей.

Общая цена пропавших памятников оценена чуть более чем в 12 тысяч рублей. Как отмечено в материалах дела, восстановить их в полной мере не удастся из-за отсутствия детальных эскизов.

Во время следствия подсудимые признались в краже надгробий. Их показания были подкреплены свидетельствами других работников предприятия.

33-летний Василий Подлобко ранее уже был осужден за кражу ограждений с еврейского кладбища, и эта судимость не снята. Подлобко не отрицал того, что пустил на лом надгробия Елены Герасимовой, младенца Александра Пушкина и Раши Лурье, но отверг обвинения в краже надгробной плиты Грумм-Гржимайло.

Обвиняемый заявил, что признался в ее вывозе под давлением милиции и оговорил Сергея Петрухина. По словам Подлобко, он озвучил следователю то, что приказали милиционеры, которые показали ему, где та плита лежала до исчезновения.

Подлобко доказывал, что вывезенные памятники он находил на свалке во время уборки кладбища. Сами же могилы не трогал.

В последнем слове он просил суд о снисходительности, говорил, что вину признает и хочет остаться на свободе.

У 33-летнего Сергея Петрухина трое несовершеннолетних детей. Нанимателем характеризуется положительно и до сих пор работает в спецкомбинате.

Мужчине инкриминируется кража надгробий с могилы Елены Герасимовой и младенца Александра Пушкина. Петрухин заявил, что не знал о том, что помогает вывозить с кладбища памятники. Он говорил, что их фрагменты лежали в мусоре и выглядели никому ненужными.

Петрухин также заявил о запугивании в милиции. По его словам, под давлением оперативников он сказал, что вместе с Подлобко разбили, а потом вывезли плиту Грумм-Гржимайло.

На одном из судебных заседаний работник спецкомбината Александр Жуков также заявил, что оговорил своих коллег на допросе в милиции. По его словам, сотрудники угрожали ему арестом, если не скажет, что видел, как Подлобко и Петрухин разбивали плиту Грумм-Гржимайло.

Подлобко, Петрухин и Жуков после допросов не обращались в прокуратуру с жалобами на противозаконные методы сотрудников милиции.

Судья Оксана Ратникова признала обвиняемых виновными в совершенной краже повторно в группе лиц и постановила наказать Подлобко двумя годами исправительных работ с удержанием 25% из зарплаты в доход государства. Петрухина также наказали исправительными работами, но на полтора года с удержанием 15% с зарплаты.

 

 

Подписывайтесь и читайте нас в Telegram и Viber