Михаил Пастухов. ДЕ-ЮРЕ. Какую Конституцию нам предлагают?

Михаил ПАСТУХОВ

Михаил ПАСТУХОВ

Доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Республики Беларусь, судья Конституционного суда Республики Беларусь первого состава (апрель 1994 — января 1997 гг.). Эксперт по вопросам судоустройства, судопроизводства, конституционного и европейского права. Один из разработчиков Концепции судебно-правовой реформы, проекта Конституции 1994 г., закона «О Конституционном суде Республики Беларусь» 1994 г.

Часть 1. Преамбула. Основы конституционного строя. Права, свободы и обязанности человека

1 марта с.г. состоялось заседание рабочей группы по подготовке проекта новой Конституции под руководством Анатолия Лебедько. Я также принял в ней участие с тем, чтобы составить представление о результатах работы.

Ознакомление с текстом проекта Конституции позволяет высказать ряд оценок.

 

Общие замечания

Авторы-разработчики сделали заявку на подготовку новой Конституции. Однако на деле они лишь переписали на свой манер текст Конституции 1994 года. При этом количество статей из 149 увеличилось до 190. Некоторые статьи носят весьма объемный характер. Глава «Конституционный суд Республики Беларусь» упразднена, а ее содержание частично перенесено в главу «Судебная власть». Название ряда разделов и глав изменено. По примеру действующей редакции Конституции появился раздел IX «Переходные и заключительные положения», в котором устанавливается порядок принятия Конституции и определяются меры по ее реализации.

 

Преамбула

Вводная часть проекта излагается от имени народа Беларуси. Этим подчеркивается как бы народный характер новой Конституции, с одной стороны, и возможность ее принятия через референдум, с другой стороны.

На мой взгляд, текст преамбулы написан на должном уровне, с отражением белорусской истории, самобытности страны и ее устремлений к лучшей жизни. Однако это еще не означает, что надо изменять текст нынешней преамбулы. Она также тщательно прописана и является украшением Конституции 1994 года.

 

Раздел I. «Основы конституционного строя»

Это базовый раздел Конституции, где сосредоточены наиболее значимые положения. В предлагаемом проекте число таких положений увеличилось с 20 до 26. Изменилось также их содержание. Дадим выборочную оценку.

В статье 1 проекта Республика Беларусь признается суверенным правовым демократическим унитарным государством. По сравнению с действующей редакцией добавилось слово «суверенным», но исключено слово «социальным».

Вроде бы мелочь: слово добавили, слово убрали, но при этом характеристика белорусского государства изменилась не в лучшую сторону. Дело в том, что любое государство по определению является суверенным, но не каждое является социальным. В новых условиях нам, белорусам, нужно создать не только демократическое и правовое государство, но и социальное, которое призвано существенно улучшить жизнь людей.

Самое интересное, что далее, в статье 17 проекта, написано, что Республика Беларусь является социальным государством, в котором реализуется принцип социальной справедливости. Тогда на каком основании из статьи 1 исключили указание на социальную направленность белорусского государства?

В статье 5 проекта провозглашается, что народ и каждый гражданин имеет право на сопротивление угнетению со стороны власти. Однако это — не панацея от диктатуры. И сейчас в Конституции запрещаются любые действия по достижению власти насильственными методами (ст. 3) и установлена суровая уголовная ответственность за такого рода действия (ст. 357 УК). Важно не только записать, но и обеспечить на практике.

В статье 8 проекта, посвященной административно-территориальному устройству, нет указания на то, каким оно должно быть. Содержится лишь отсылка на закон. На мой взгляд, в Конституции должны быть заложены основы будущего административно-территориального устройства. Без этого трудно будет принять соответствующий закон.

С правовой точки зрения имеются претензии к формулировке статьи 9 проекта: «В Республике Беларусь устанавливается верховенство права и закона». Здесь необходимо определиться, что надо утверждать в новой Беларуси: верховенство права, как это происходит сейчас, или верховенство законов, когда органы власти и должностные лица должны подчиняться исключительно законам, а не любым предписаниям власти? Ответ очевиден и, значит, надо четко сформулировать принцип верховенства законов.

Представляется некорректной формулировка статьи 13 проекта: «Средствам массовой информации гарантируется свобода слова». Прежде всего, в свободе слова нуждаются граждане, и лишь потом — СМИ как юридические лица.

На мой взгляд, некорректными являются формулировки в статье 14 («В Республике Беларусь обеспечивается равенство частной, государственной и коммунальной собственности»), статье 15 («Труд защищается в Республике Беларусь…»), статье 16 («Закон защищает членов семьи, гарантирует их права и обязанности»), статье 18 («В Республике Беларусь признаётся ценность образования…»), статье 19 («Государство охраняет здоровье людей, стимулирует заботу каждого о состоянии своего здоровья…»).

Характерно, что в следующем разделе проекта о правах, свободах и обязанностях человека многие из положений раздела 1 повторяются и детализируются, что неоправданно с позиции нормотворческой техники.

Следует обратить внимание на то, что разработчики предлагают изложить в новой редакции принцип нейтралитета и безъядерного статуса Беларуси. Вместо формулировки части 2 статьи 18 Конституции 1994 года («Республика Беларусь ставит целью сделать свою территорию безъядерной зоной, а государство — нейтральным») они предлагают записать: «Беларусь стремится к статусу постоянного нейтралитета. Территория государства свободна от ядерного оружия» (ч. 2 ст. 24).

На мой взгляд, в такой редакции имеется подмена смысла статьи 18 Конституции. Если мы стремимся сделать территорию страны безъядерной зоной, то в ней не должно быть не только атомного оружия, но и атомных электростанций. Полумеры здесь недопустимы.

Что касается нейтралитета, то он не может быть временным или постоянным. Он должен быть реальным. Это означает, что государство не может входить в какие-то вооруженные группировки с другими государствами. Однако сейчас Беларусь является членом ОДКБ, что нарушает принцип нейтралитета. Да и постоянные учения с российскими вооруженными силами тоже противоречат принципу нейтралитета страны.

Если говорить об улучшении редакции данной нормы Конституции, то надо прямо записать: «Республика Беларусь является безъядерной зоной, а также придерживается принципа нейтралитета». Беларусь не должна входить ни в какие военные союзы.

Разработчики предлагают на будущее время сохранить два государственных языка: белорусский и русский. При этом они допускают принятие мер «…по расширению белорусского языка для последующего придания ему в Конституции статуса единственного государственного языка» (ст. 25).

Считаю, что такой подход является отступлением от положений Декларации о государственном суверенитете Беларуси от 27 июля 1990 г. Согласно ст. 1 Декларации, Республика Беларусь — «…суверенное государство, утвердившееся на основе осуществления белорусской нацией ее неотъемлемого права на самоопределение, государственности белорусского языка, верховенства народа в определении своей судьбы». Это получило закрепление в законе «Аб мовах у Беларускай ССР» от 26 января 1990 г., а позднее — в Конституции 1994 г. (ст. 17).

На мой взгляд, данное положение необходимо сохранить как свидетельство уважения языка титульной нации, который отражает дух и самобытность белорусского народа. В целях постепенного расширения сферы белорусского языка можно принять поэтапную программу его развития.

Что касается закрепления государственной символики, то разработчики высказались за бело-красно-белый флаг и герб «Пагоня», а также предложили девиз государства «Жыве Беларусь». Однако они не указали, какой должен быть государственный гимн.

В этой связи предлагаю на выбор три варианта: Магутны Божа» (на стихи Натальи Арсеньевой), «Ваяцкі марш» («Мы выйдзем шчыльнымі радамі») на стихи Макара Кравцова или «Жыве Беларусь» (на стихи Леонида Пранчака).

 

Раздел II «Права, свободы и обязанности человека»

Редакция этой части проекта представляет собой переработанный раздел II «Личность. Общество. Государство» (ст.ст. 21—63). В результате он стал более объемным, в том числе и по количеству статей (ст.ст. 28—77).

Полагаю, что в такой переработке нет необходимости, поскольку в своей основе раздел II Конституции соответствует общепризнанным стандартам в области прав человека.

С разработчиками можно согласиться в том, что предложенное ими название носит более точный характер. Тем не менее, оно нуждается в уточнении: в начале следует добавить слово «основные», а в конце дописать «…и гражданина». Это — принципиально, так как Конституция закрепляет лишь основные права, свободы и обязанности и говорит не вообще о людях, а о гражданах — «своих людях».

Первая статья раздела (ст. 28) провозглашает, что «Все люди свободны и равны в своих правах». Однако это ничто иное, как банальное и не совсем точное изложение статьи 1 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. Как впрочем, и часть вторая этой статьи: «Основные права и свободы неотъемлемы и принадлежат человеку от рождения». При этом необходимо разъяснить, какие права и свободы относятся к «основным».

Редакция третьей части статьи 28 проекта сомнительна по своей сути: «Достоинство личности является неприкосновенным и абсолютным правом, которое подлежит охране и после смерти человека». Да, достоинство человека должно защищаться. Однако едва ли достоинство является правом, тем более, абсолютным.

Равным образом некорректно писать (в статье 29 проекта), что права и свободы человека обязательны для власти (…) как непосредственно действующее право. С правовой точки зрения обязательными являются не права человека (например, право на жизнь, на свободу, на неприкосновенность), а нормы, в которых они сформулированы.

На мой взгляд, некорректной является и формулировка статьи 31 проекта: «До вынесения судебного постановления не допускается задержание и содержание человека под стражей более 48 часов». Лучше записать: «Всякий задержанный и арестованный по подозрению в совершении преступления должен быть доставлен в суд в течение 48 часов для принятия решения о заключении под стражу или о его освобождении».

Критической оценки заслуживает формулировка статьи 36 проекта: «В Республике Беларусь по решению суда допускается конфискация имущества, нажитого незаконным путем, как часть стратегии противодействия коррупции». Зачем такая «добавка»? И что значит «незаконным путем»? И зачем писать о конфискации имущества в Конституции?

Полагаю, что нельзя категорично утверждать: «Жилище неприкосновенно» (ст. 37 проекта). Следует указать, как в статье 29 Конституции 1994 г., что допускаются случаи принудительного вторжения в жилище при наличии к тому законных оснований.

На мой взгляд, вызывает сомнение норма о праве гражданина Беларуси иметь гражданство другого государства. Это может представлять угрозу для национальной безопасности страны со стороны более сильного государства (например, России).

В статье 53 проекта гражданам предоставляется право на труд и свободу труда. Что значит «свобода труда»? Каким образом свобода труда сочетается с правом на труд? Также непонятно, что это за меры принуждения к труду «…нормативного, экономического и психологического характера». Надо ли об этом писать в Конституции?

В статье 58 проекта непонятно содержание права на личную инициативу. В чем она может выражаться и как государство должно ее гарантировать? Стоит ли закреплять такое право с тем, чтобы потом заниматься «инициативами граждан»?

В статье 61 проекта требуют уточнения следующие формулировки: «Граждане имеют право на достойное социальное обеспечение в старости…»; «Государство обеспечивает людям с инвалидностью достойные условия для лечения, реабилитации, обучения, трудоустройства, адаптации, мобильности, доступности объектов социальной инфраструктуры и услуг, предпринимает необходимые меры для устранения препятствий и барьеров на пути их  полноценного участия в жизни общества». Что означает уровень достойного социального обеспечения, реабилитации, обучения, трудоустройства, адаптации? Как потом органам власти выходить из тисков этих требований?

В статье 63 проекта каждому гарантируется право пользоваться родным языком, выбирать язык общения. В то же время закрепляется два государственных языка, что на практике может снова привести к дискриминации белорусского языка.

В объемной статье 72 проекта о праве граждан на судебную защиту нет упоминания о праве обвиняемого в совершении преступления на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей. В то же время имеется сомнительная в своей правомерности формулировка: «Виновные в незаконном лишении права на судебную защиту преследуются по закону».

Думается, что пространное изложение прав, свобод и обязанностей граждан мало в чем улучшает правовой статус человека и гражданина. Тем более, ряд предложенных норм нуждается в уточнении.

 

(Анализ остальных разделов проекта Конституции — в следующей части публикации).

 

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».