Беларусь — Китай. Пекин охладел к своему стратегическому партнеру

Очевидно, что ослабление связей с Китаем поставит белорусский режим в еще большую зависимость от Москвы.

Ориентиры развития Беларуси и Китая «во многом совпадают, что является основой для дальнейшего укрепления связей» между странами. Об этом заявил Александр Лукашенко, выступая 11 февраля на Всебелорусском народном собрании. Белорусские государственные медиа также говорят о том, что белорусско-китайские отношения находятся в прекрасном состоянии. Однако есть основания полагать, что в действительности положение не столь безоблачно.

Фото pixabay.com

Хотя 10 августа глава КНР Си Цзиньпин первым поздравил Александра Лукашенко с переизбранием, первый с тех пор телефонный разговор состоялся только 26 января, то есть почти через полгода.

Согласно официальной информации белорусской стороны, партнеры констатировали «высокий уровень белорусско-китайских политических отношений, которые успешно развиваются в формате доверительного всестороннего стратегического партнерства и взаимовыгодного сотрудничества».

Был также отмечен рост двусторонней торговли. Вероятно, у первых лиц уже имеются сведения по итогам года, потому что за 11 месяцев роста не наблюдалось: по данным Государственного таможенного комитета Беларуси, в январе—ноябре 2020 года взаимный товарооборот составил 3 млрд 963,8 млн долларов, тогда как за аналогичный период годом ранее — 3 млрд 974,7 млн.

Правда, на фоне мирового кризиса, вызванного пандемией коронавируса, даже просто сохранение показателей на прежнем уровне вполне может считаться успехом.

В общем, на первый взгляд, достаточно длительный перерыв в личном общении, несколько удивительный для стратегических партнеров, не засвидетельствовал наличия неких проблем. Однако есть признаки того, что на деле ситуация не столь однозначна. При этом сложности могут усугубиться вследствие политического кризиса в нашей стране.

 

Беларусь хочет продавать больше калия в Китай

В частности, обратила на себя внимание просьба белорусской стороны увеличить объемы закупки калийных удобрений. Как известно, именно эта продукция и так составляет основу белорусского экспорта в КНР: свыше 42% за январь—ноябрь минувшего года.

Не исключено, что нынешнее обращение было вызвано осложнившимися отношениями с норвежской компанией Yara, также закупающей калий в Беларуси. Руководство Yara выразило свое беспокойство по поводу арестов и увольнений бастовавших рабочих «Беларуськалия» и потребовало соблюдать кодекс поведения деловых партнеров.

Пока Yara продолжает закупки, но опасность их прекращения, видимо, существует, так что белорусские власти резонно решили подстраховаться.

Си Цзиньпин пообещал «активно проработать данный вопрос». Однако стоит напомнить, что в прошлом апреле вследствие резкого падения спроса на калий в мире Минску пришлось заключить с Китаем новый контракт с ценой 220 долларов за тонну, тогда как прежняя была на 70 долларов выше.

То есть воспользоваться ситуацией Пекин не преминул, и, скорее всего, в похожем случае вряд ли поведет себя иначе.

 

«Наше стратегическое сотрудничество с Китаем стало одной из причин атаки с Запада на Беларусь в конце года. Но нас это остановить не должно. Мне прямо в глаза было сказано: “Вы уходите от Китая. Китая не должно быть в центре Европы”. На что я им ответил, что когда Евросоюз и Соединенные Штаты Америки атаковали нас и экономику Беларуси раньше, лет пять-шесть тому назад, масштабными санкциями, Китай безоговорочно нас поддержал. В то время он открыл свою дверь для нас, и мы в нее вошли. И что мы сейчас должны закрыть Китаю единственный путь в Европу и эту форточку через Беларусь? Мы не можем на это пойти, потому что мы — люди благодарные, мы помним, что было тогда. Это такой был ответ руководству США и другим заинтересованным в этом вопросе».

 

Александр Лукашенко, выступая 11 февраля на Всебелорусском народном собрании

 

 

«Один путь» может закончиться тупиком

Впрочем, на фоне других потенциальных потерь эти могут оказаться не самыми существенными. У Пекина, похоже, имеются к Минску принципиальные претензии касательно его участия в проекте Китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень», важнейшего для Беларуси элемента китайской инициативы «Один пояс, один путь».

Критическая оценка потенциала белорусской стороны в рамках этой инициативы прозвучала еще четыре года назад на прошедшей в Минске международной научно-практической конференции «Пояс и путь: возможности для Беларуси». Начальник отдела Украины и Беларуси Института России, Восточной Европы и Центральной Азии Китайской академии общественных наук Чжао Хуэйчжун отметил тогда ряд негативных черт, присущих белорусской модели:

- слабую способность экономики противостоять рискам и ее сильную зависимость от российской;

- недостаточно хороший инвестиционный климат;

- слабую связь финансовой системы с международной, ее валютную нестабильность и дефицит иностранной валюты, строгий контроль государства над обращением денежных средств и обменом валют, вследствие чего все больше иностранных предприятий выбирает офшорные финансовые услуги;

- медленное развитие финансового сектора;

- поверхностное понимание чиновниками сферы оказания услуг;

- частую смену налогового законодательства и налоговой политики.

С учетом этого он выразил сомнение, что реально достигнуть поставленных перед парком целей, таких как производство перспективных высокотехнологичных товаров, большей частью для экспорта в США и Европу, а также получение дохода от экспорта в размере 50 млрд долларов в год.

Учитывая специфику китайской политики, едва ли можно допустить, что этот посыл был всего лишь частным мнением.

Возможно, за прошедшее время по каким-то из указанных направлений был достигнут прогресс, однако, как представляется, после президентских выборов прошлого года в названных сферах, скорее, пошел регресс. К тому же резкое ухудшение отношений официального Минска с Евросоюзом фактически заблокировало использование Беларуси как плацдарма для выхода на европейский рынок.

В итоге эксперты Центра стратегических и внешнеполитических исследований (ЦСВИ, Минск) пришли к заключению, что Китай недоволен действиями белорусских властей. По их мнению, Минск не выполнил ни одного из обещаний, данных Си Цзиньпину в мае 2015 года. Помимо исправления упомянутых недостатков они включали в себя вступление Беларуси в ВТО, подписание более продвинутых соглашений с ЕС, полную отмену санкций, особенно американских.

Очевидно, что ослабление связей с Китаем поставит белорусский режим в еще большую зависимость от Москвы. Тем не менее, полная нормализация и углубление отношений с Западом, что, как предполагают в ЦСВИ, является необходимым условием плодотворного сотрудничества с Пекином, выглядят на сегодня крайне маловероятными.