«Горизонтальная революция». Эксперты назвали достижения и разочарования года

На заключительном заседании экспертно-аналитического клуба белорусского «Пресс-клуба», которое прошло 28 декабря в онлайн-формате, эксперты в области политологии, экономики и социологии назвали достижения и разочарования в Беларуси в 2020 году.

Директор института «Палiтычная сфера» Андрей Казакевич главным достижением года считает консолидацию и самоорганизацию общества, о чем свидетельствовала доселе невиданная включенность граждан «в различные общественные кампании, политическую активность и в итоге — в протестную активность».

«Это достижение, которое на много лет вперед определит политическое развитие Беларуси, — считает эксперт. — С моей точки зрения, оно абсолютно позитивное, так как закладывает хорошую основу для демократического развития, построения современного общества, современной экономики Беларуси».

Наибольшим разочарованием Казакевич назвал то, что власти, «имея огромное количество ресурсов, механизмов для влияния на политическую и общественную ситуацию — через деньги, исполнительный аппарат, спецслужбы», стали использовать «самые примитивные краткосрочные стратегии».

«Они дают временный эффект, что касается сохранения власти, но являются абсолютно разрушительными, что касается политических, социальных институтов, доверия к власти и госорганам вообще», — пояснил эксперт.

Старший политический советник экс-кандидата в президенты Светланы Тихановской, руководитель Восточноевропейской школы политических исследований Александр Добровольский отметил, что главное достижение лежит в ментальном изменении общества.

«У людей появилось чувство собственного достоинства, ответственности и надежда. <…> В обществе появилось чувство гражданственности, — заявил он. — Еще появилось стремление ценить свое. Мне кажется, это признак появления полноценной нации, когда свою историю, символику, своих музыкантов, деятелей культуры, спортсменов люди начинают ценить больше, чем еще год назад, когда все смотрели на российскую попсу, литературу, что-то такое, что не наше, а наше считалось не вполне полноценным. Появились солидарность и самоорганизация».

Главным разочарованием, по мнению Добровольского, стал правовой дефолт, а также «моральное падение всех юристов, которые работают на государственных должностях».

«Практически единицы из них ушли в знак протеста против того, что происходит, и то не сразу. А то, что закон больше не соблюдается, не действует в стране, как-то продолжает устраивать большинство юристов, которые находятся в Верховном суде и других судах, прокуратуре, Министерстве юстиции. Это позор для профессии», — убежден Добровольский.

Политический аналитик, приглашенный эксперт Московского центра Карнеги Артем Шрайбман важным достижением назвал тот факт, что «белорусское общество не приняло предложенный ему со стороны власти язык разговора и не стало отвечать насилием на многомесячное насилие».

«Главное разочарование у меня в том, насколько мы все недооценили степень морального релятивизма, способности значительной части напрямую не завязанных в репрессиях людей рационализировать продолжение своего нахождения в государстве, — отметил аналитик. — Мы увидели, как многие сотни, тысячи морально здравых и трезвых людей, а не каких-то психопатов и социопатов находят тысячи оправданий, почему они могут дальше находиться в госаппарате, который ежедневно, еженедельно совершает столько преступлений. <…> С другой стороны, мы все недооценили степень информационного пузыря, в котором живут люди, находящиеся во власти. Там не все осознают ту же реальность, которую осознаем мы».

Академический директор Центра экономических исследований BEROC Катерина Борнукова заявила, что в 2020 году «сложно найти какие-то достижения» в области экономики. Самым большим разочарованием, по ее мнению, стало то, что все внимание властей в кризис «было обращено на поддержку в первую очередь госпредприятий — не людей и частного сектора».

«Мы нашли более 1,5 млрд рублей напрямую из бюджета на поддержку реального сектора, но на социальные вещи — не нашли», — констатировала она.

«Конечно, разочаровали власти своей моральной стороной. Меня тоже разочаровывают технократы тем, что они сейчас ставят макроэкономическую стабильность выше долгосрочного экономического роста», — добавила Борнукова.

По словам бывшего руководителя Института социологии Национальной академии наук Геннадия Коршунова, для него главным открытием года стало то, что можно назвать «горизонтальной революцией». Он обратил внимание на рост представителей частного сектора, изменение ценностной структуры в обществе, появление новых возможностей самоорганизации людей.

«Второй момент — становление гражданских инициатив. Я не говорю про гражданское общество, потому что, мне представляется, то, что сейчас формируется, — это новая социальность как таковая, — отметил Коршунов. — Элементы, которые можно по привычке назвать элементами гражданского общества, это нечто совсем другое, это будет другой уровень. <…> Создаваемые коллаборации районного уровня — предпосылки для возникновения неких новых механизмов местной власти, но они работают совсем не так, как в традиционном обществе. Корпоративные чаты могут впоследствии вырасти в некое подобие профсоюзов, но они тоже работают совсем на других основаниях и совсем по другим принципам. То, что сейчас делает белорусская диаспора с формированием неких альтернативных платформ, которые теоретически могут выступать как параллельные государственные институции, — это тоже нечто феноменальное, чего не было. Мы еще будем осознавать и доделывать то, что сейчас начато».

Разочарованием, по словам социолога, стала «недооценка ригидности массового сознания, недооценка его закапсулированности», причем это касается не только представителей власти, но и рядовых граждан.

«У меня было представление, что та огромная коллективная травма, которая случилась, дойдет до всех. С информационной точки зрения она, скорее всего, дошла, но барьеры, которые люди выставили, сопротивление изменению, страх менять что-либо для доброй части населения оказались сильнее той травмы, которая была нанесена», — заявил Коршунов.