Осудить или простить? Как собрать воедино расколотое белорусское общество

Чтобы общество пришло к примирению, оно должно сначала ответить на вопрос, что делать с теми, кто использовал насилие и пытки против сограждан.

Власти с использованием пропаганды продолжают раскалывать белорусское общество. Как повод для непримиримых противоречий используется разное отношение к действующему режиму, символика и даже драма Холокоста.

23 декабря в рамках онлайн-форума «Вероятная Беларусь» эксперты обсудили, как всем нам жить дальше в одной стране и кто имеет право на прощение.

 

«Чем больше раскола, тем лучше для них»

Актер и телеведущий Денис Дудинский много лет работал на БТ, теперь на вольных хлебах — его уволили после поста в социальных сетях о бессмысленности задержаний людей, стоявших в очереди в магазин национальной символики Symbal.by в Минске.

В августе вместе с другими уволенными ранее сотрудниками БТ он участвовал в акции протеста у здания Белтелерадиокомпании. По решению одного суда он получил штраф, по решению другого — был осужден на десять суток ареста.

Зная кухню телевидения изнутри, Дудинский говорит, что раскол общества — одна из целей госСМИ:

«Если существует методичка, как погасить протест, одним из первых пунктов должен быть “раскол общества”. Чем больше раскол, тем лучше для них. Средства массовой информации именно на это нацелены, прежде всего. На БТ очень понятно и убедительно для тех людей, кто смотрит телевизор, показывают, какие хорошие сторонники власти и какие плохие противники. Моя мама, несмотря на то, что произошло со мной, до сих пор находится на стороне власти, она смотрит БТ. Когда я предлагаю ей показать, что происходит на самом деле, она говорит: “Где ты мне это показывать будешь? В своих интернетах? Ты сказал, чтобы я не смотрела первый канал БТ, я посмотрела СТВ. Там ведь то же самое показывают. Получается, вы — мерзавцы, вы — плохие, вы — раскачиваете лодку, раскалываете страну”».

Денис Дудинский полагает, что журналисты, работающие в государственных СМИ, не размышляют над тем, какое разрушительное влияние оказывают на белорусское общество:

«В эфире госканалов работают либо идиоты в розовых очках, которые верят в то, что говорят, либо карьеристы без принципов, либо те, кто ради денег готов на всё. Деньги в большей степени влияют на их выбор. Я считаю, что в их отношении в будущем необходима люстрация и суд. Суд должен будет решить, насколько выступления того или иного телеведущего в момент активной фазы революции повлияли на ситуацию, определили появление жертв, в конце концов».

«В Беларуси плодят психопатологию»

«Раскол в белорусском обществе — это расщепление, условие для болезни», — отметил психотерапевт Андрей Бутько, который вместе со своими коллегами участвовал в видеообращении специалистов в сфере психического здоровья об угрозе здоровью белорусской нации в результате насилия в стране.

«В Беларуси плодят психопатологию. Последствия будут с нами очень долго в виде психозов, депрессий, тревожных расстройств. Мы порождаем разделение общества. Чем более общество разделено, тем более психопатологично», — сказал Бутько.

С учетом проблем с доступом в интернет в первые дни после выборов и активной пропаганды со стороны госСМИ с использованием газлайтинга (форма психологического насилия с целью заставить человека сомневаться в адекватности своего восприятия окружающей действительности) белорусы оказались в очень тяжелой ситуации.

«Люди массово столкнулись с чем-то неестественным, нелогичным для психики, когда люди, которые имеют власть, силовые органы, которые должны защищать, выступают в роли агрессора. Реакция людей была изначально “стоя на голове”, то есть некоторые люди восприняли насильников за сторонников добра, а жертв — зла», — отметил врач.

По его словам, многие люди с психическими расстройствами, которые в результате длительной терапии смогли обходиться без медикаментов, после событий августа вынуждены были вернуться к приему препаратов:

«Я как врач испытывал тяжелые чувства, потому что некоторые люди проделали большой путь на протяжении нескольких лет, чтобы обходиться без лекарств. И после событий августа были вынуждены вернуться к препаратам, часто с побочными эффектами, потому что болезнь обострилась. Перегрузка стрессами влияет на стрессоустойчивость всех нас. Последствия проявятся у кого-то раньше, у кого-то позже, а разгребать это мы будем годами. Я говорю о посттравматических расстройствах и хронических изменениях характера, что в народе называют психопатией».

 

Не забудем, не простим! Или все же простим?

Андрей Бутько считает, что насилие является нашим историческим наследием.

«Сегодня мы, скорее, выходим из состояния, что это норма, — считает специалист. — Чтобы у нас получилось выйти из этого состояния, важно, чтобы пострадавшие признали себя жертвами, а человек, поднявший руку на беззащитных людей, — насильником»

«Простить — слишком амбициозная задача. Иногда жизни не хватает, чтобы простить. Хватит ли нам нашей или это сделают следующие поколения, не знаю. Однако о произошедшем важно помнить, чтобы история не повторялась. В любом случае для примирения нужно проделать большой путь, вести речь о принятии произошедшего, об осознании», — сказал психотерапевт.

Денис Дудинский говорит, что он «против либеральных соплей»: «Я за то, что надо резать, не дожидаясь перитонита. Надо назвать произошедшее своими словами, а насильников — по именам. Необходима градация участия в преступлениях. Если человек совершил убийство, это уголовное преступление. Лично я не забуду, что сделали власти, не смогу простить человека, убившего Александра Тарайковского. Но отношение к соседу — участнику провластных автопробегов у меня спокойнее, чем, например, к тем бывшим коллегам, которые теперь очерняют Левченко и Хижинкову. Таких журналистов я не прощу».

Чтобы в обществе началось примирение, надо, как минимум, чтобы закончился конфликт, отметила историк Ирина Романова:

«Что нам в связи с этим предлагают власти? Перевернуть страницу, пойти на Всенародное собрание и когда-нибудь написать новую Конституцию. Такой вариант мало кому подходит. У многих, у меня в том числе, была иллюзия, что насилие, которое случилось 9—11 августа, — это какая-то трагическая ошибка. Я надеялась, что виновных найдут и накажут. Сейчас мы понимаем, что это работала система. И значит, нам надо как можно больше про нее знать и реагировать на нее. Нужен транзитный период, нужен план. Не может быть такого, что сначала построим сильную экономику и вылечим всех от ковида, а затем разберемся, что с нами случилось».

Как считает Ирина Романова, сегодня история мстит нам: ведь в Беларуси на государственном уровне до сих пор не осуждены сталинские репрессии, закрыты архивы того периода. «При этом именно гласность, открытие архивов, люстрация ведут к переосмыслению событий и неприятию их повторения в будущем», — отметила историк.

Она уверена, что проблема сама собой не рассосется: «Исходить из того, что плохое забудется, на свидетельства закроем глаза, а архивы, если что, сожжем, неправильно. Мне очевидно — в глобальном смысле ничего не спрячешь».

Романова отметила, что сегодня со стороны госпропаганды нас пытаются втянуть среди прочего даже в переоценку проблемы Холокоста.

«Столкнуть лбами людей пытаются из-за появления бело-красно-белой символики возле мемориала жертвам Холокоста “Яма” в Минске. В моем понимании это актуализирует место памяти, включает его в дискуссии, в наше реконструирование идентичности. Мы обращаемся к проблеме Холокоста, говорим об этом, посещаем место, и оно становится видимым. Беседы с евреями утвердили меня в убеждении, что государство с целью дискредитации движения протеста обвиняет его участников в том, что они оскорбляют место, связанное с памятью о Холокосте. А это не так», — сказала историк.

Она отметила, что ранее белорусов убеждали, что их предки в отличие от украинцев и литовцев не принимали участия в Холокосте. И вдруг на госканалах «начинают сообщать, что белорусы убивали евреев, причем под бело-красно-белым флагом, хотя нет никаких серьезных исследований на этот счет».

В постконфликтных обществах, сказала Ирина Романова, очень большое значение приобретает определение, кто такие жертвы, а кто такие преступники:

«Необходима также градация вины, потому что вклад каждого разный. Нельзя выбрать трех самых виноватых и полагать, что мы уже всё решили, и жить далее. Необходимым является проведение судов над участниками событий. Считается, что только после этого мы можем перейти к примирению. В ходе судов начинается диалог о прощении или наказании, а потом уже о примирении».

И даже если мы как народ пройдем через всё это, надо понимать, что «единое общество — это миф, патология, такое возможно только при тоталитаризме», отметила историк.

Как бы ни развивались события, белорусы должны быть готовы к тому, что здоровое общество — это общество разных мнений и разных взглядов, и это нормально.

Онлайн-трансляции форума «Вероятная Беларусь» можно посмотреть по этим ссылкам: трансляция 22 декабря и трансляция 23 декабря.

Самые важные новости в нашем канале в Telegram и Viber. Подпишитесь!

Читайте также: