Аргументированная ненависть. Власть создает невыносимые условия для задержанных

«Сейчас формируется арестантское политическое братство. Люди начинают всё больше ненавидеть власть».

По данным правозащитного сайта spring96.org, только в ноябре в Беларуси задержаниям подверглись не менее 3,8 тыс. человек, а 1670 назначили административный арест общей продолжительностью 21 213 суток. Люди, прошедшие через аресты, говорят об унизительных условиях содержания, а правозащитники — о систематическом нарушении прав человека.

Прием передач в ИВС на Окрестина. Фото из архива

 

Крысы в камере, 15 дней без душа и горячей воды

Всего с начала протестов после президентских выборов в Беларуси 9 августа в стране было задержано около 31 тысячи человек.

Люди, которые прошли через изоляторы временного содержания (ИВС) и центры изоляции правонарушителей (ЦИП), говорят о скученности в камерах, ненадлежащих санитарных условиях, отсутствии самого необходимого из-за невозможности получить передачу чаще раза в неделю.

Фотокорреспондент БелаПАН Андрей Шавлюго 30 ноября вышел на свободу после 15-суточного ареста по статье 23.34 Кодекса об административных правонарушениях («Нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий»). Наказание он отбывал в ИВС в Могилеве. Шавлюго был задержан 15 ноября в столице во время освещения акции памяти Романа Бондаренко.

«Пока находился в ЦИП на Окрестина 15–17 ноября, в четырехместной камере вместе со мной было десять мужчин, затем пять. Перевели в Могилев, там в камере не было горячей воды, днем приказывали скручивать матрасы. На прогулку водили один раз за 12 дней. В душе за 15 дней не был ни разу», — рассказал Шавлюго.

Его задерживали во время работы на акциях три раза. В первый раз в июне продержали около трех часов у стены в подвале РУВД Советского района, проверили документы и отпустили. Затем задержали на трое суток в сентябре.

Уволенная за участие в акциях протеста студентов преподавательница Минского лингвистического университета Наталья Дулина провела в ИВС на Окрестина шесть дней, затем ее перевели в следственный изолятор № 6 в Барановичи. Она была осуждена по статье 23.34 КоАП.

«Полагаю, что в отношении меня и моих сокамерниц сотрудники практически не нарушали правил, — говорит Дулина. — Некоторые нарушения, думаю, были связаны с тем, что они просто не справлялись. Например, за 14 дней вывели на прогулку только дважды, один раз на Окрестина и один раз в Барановичах. Правила общие для всех: днем нельзя лежать, нужно сидеть на голых нарах или на своей одежде. Круглые сутки горит свет. Душ раз в неделю».

В Барановичах отбывал наказание и Владимир Ковалкин, руководитель проектов BIPART, который был осужден по статье 23.34 КоАП и наказан административным арестом на 15 суток.

«Из Минска в Барановичи этапировали в автозаках, заводили в здание под охраной силовиков и служебных собак. В камерах в Барановичах плесень, неровный бетонный пол, который невозможно нормально ни подмести, ни помыть. Штукатурка падает со стен, в них дыры, через которые в камеру забегают крысы. Свет горел круглые сутки. На прогулки водили раз в два дня. В целом условия можно охарактеризовать как “в плену у террористов”», — рассказал Ковалкин.

 

В ИВС и ЦИП систематически и массово нарушаются права человека

Говоря об условиях содержания административно задержанных и арестованных, юрист лишенного регистрации в Беларуси правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко отметил, что в ИВС и ЦИП систематически и массово нарушаются права человека.

Он определил основные проблемы так: «Невысокое качество питания, несоответствие питания его стоимости, невыполнение обязанностей относительно прогулок, скученность. Конструкция камер предполагает элементы унижений, когда люди вынуждены справлять естественные нужды рядом с сокамерниками, в метре-двух от места, где принимают пищу. Не редкость, когда нет горячей воды, умывальника, только кран над унитазом. В изоляторах случайно и умышленно распространяется педикулез для ухудшения условий содержания людей».

Сапелко высказал мнение, что такое возможно, потому что санитарный надзор за учреждениями, где содержат административно задержанных, осуществляет само МВД, а общественный контроль полностью отсутствует.

В 2020 году появился еще один вызов — COVID-19. Соблюдать санитарно-эпидемический режим в ЦИП при массовых задержаниях невозможно, сказал юрист. По его мнению, решением проблемы было бы наказание не арестом, а, например, штрафом. Массовые аресты способствуют распространению COVID-19 в центрах изоляции и в обществе в целом, отметил Сапелко.

Он также обратил внимание на то, что в ЦИП и ИВС принимают передачи один раз в неделю, аргументируя попыткой профилактики коронавируса: «Это нарушение белорусского законодательства, которое предполагает возможность без ограничения делать передачи административно арестованным. Если бы речь шла только о профилактике коронавируса, можно было бы организовать прием передач на свежем воздухе с дезинфекцией пакетов».

Сапелко отметил: проведение судов по скайпу под видом профилактики коронавируса привело к тому, что права задержанных и заключенных в изоляторах стали еще более ограниченными:

«В частности, нарушается право на подачу жалобы на решение суда: задержанные не имеют ни ручки, ни бумаги, чтобы ее написать. Повсеместно нарушается в местах изоляции право на общение с адвокатом без ограничений. Если нет возможности, поместив людей в заключение, обеспечить им процессуальные права, стоит избирать другие меры взыскания и пресечения».

Сапелко сослался на Международный пакт о гражданских и политических правах. Он подчеркнул, что в изоляторах нарушаются положения ряда его статей, в частности статья 7. Она гласит, что никто не должен подвергаться пыткам или жестокому, бесчеловечному, унижающему достоинство обращению или наказанию.

Юрист подчеркнул, что по международному и белорусскому законодательству каждый имеет право на справедливый суд, свободу совести, сохранение связей с семьей. Эти права в отношении административно задержанных и осужденных к аресту в Беларуси нарушаются.

«В основе задержаний на акциях лежит нарушение права на свободу мирных собраний. В целом же нарушаются все фундаментальные права человека. Это результат сформированной репрессивной системы, которая позволяет безнаказанно практиковать жестокие виды обращения», — сказал Сапелко.

 

Цель — отбить охоту к политике, но эффект будет иной

Тяжелые условия для задержанных во время протестов, сказал Ковалкин, создаются умышленно:

«В изоляторах сотрудники прямо говорят, что цель — отбить охоту выходить на протесты. С политическими арестантами происходит отдельная работа, их содержат в худших условиях, чем даже уголовных преступников. Некоторое время со мной в камере сидел человек с богатым уголовным прошлым. Он сказал, что условия, в которых содержат политических задержанных, сравнимы с условиями многоместного карцера, что опытный зек в такой камере сидеть не будет, он начнет строчить жалобы».

Ковалкин отметил, что система заточена на унижение человеческого достоинства, подавление воли и запугивание: «Задача — унизить, сделать так, чтобы люди жили в состоянии скота, заставить не заниматься политикой, не ходить на акции».

Однако, считает собеседник, власти не добьются своей цели, а получат обратный эффект: «Через задержания с момента выборов прошло около 31 тысячи человек, большинство из которых никогда не увидели бы арестантский мир, если бы не вынужденные протесты. Сейчас формируется арестантское политическое братство. Люди видят, как проходят суды, как лгут свидетели-милиционеры, какие несправедливые приговоры выносятся. Люди начинают всё больше ненавидеть власть».

В результате массовых репрессий, отметил Ковалкин, ненависть к власти распространяется в семьях, среди друзей задержанных. Эта аргументированная ненависть к государству насилия формирует резко негативное общественное мнение.

«К чему это приведет, покажет время, но очевидно, что режим в результате репрессий теряет своих сторонников», — заключил Ковалкин.