Базу данных о репрессированных закрыли… из-за Карты поляка

Единственный и наиболее полный источник сведений о репрессированных в 1920—1950 годах жителях Советской Белоруссии — база данных «Сведения о необоснованно репрессированных гражданах Белоруссии» Национального архива Республики Беларусь (НАРБ) больше недоступен для граждан.

Иллюстрация pixabay.com

27 июля судейская коллегия Минского городского суда оставила без изменений решение суда первой инстанции, а апелляционную жалобу потомка репрессированных и координатора кампании «Забітыя, але не забытыя» Игоря Станкевича — без удовлетворения. Он пытался оспорить непредоставление НАРБ сведений из базы данных о своих репрессированных родственниках.

 

Закон не писан

Впервые за сведениями о репрессированных предках Игорь Станкевич обратился в Национальный архив в 2014 году. Тогда данные о расстрелянных в Орше прабабушке и прадедушке ему предоставили в полном объеме.

В конце 2018 года он направил запрос на других репрессированных родственников, но единственное, что выдал НАРБ, были шифры архивно-следственных дел в архивах КГБ и рекомендации обратиться по месту хранения материалов.

Попытки выяснить в самом архиве, а также в Департаменте по архивам и делопроизводству Министерства юстиции, почему изменилась практика работы госархива, ясности не принесли.

После того, как в конце 2019-го — начале 2020 года Игорь Станкевич и еще несколько граждан запросили в НАРБ сведения о репрессированных родственниках и не получили необходимого объема информации, Станкевич пошел в суд.

Первую инстанцию он проиграл. 30 марта Первомайский районный суд Минска отказал в удовлетворении требований и полностью занял сторону представителей госструктуры. Минский городской суд оставил принятое решение без изменений.

«Решение апелляционной инстанции говорит о том, что суды по-прежнему четко обеспечивают идеологическую составляющую нашего государства, нашей власти, стоящей на позициях тоталитаризма, сталинщины, когда главенствуют репрессии, а не закон», — убежден правозащитник Белорусского Хельсинкского комитета Гарри Погоняйло, который представлял в суде интересы Станкевича.

По мнению Погоняйло, «государство не желает говорить об истории сталинских репрессий особенно теперь, в период жестких репрессий режима Лукашенко».

 

Было общественным достоянием — стало ДСП

Несмотря на проигрыш в суде удалось прояснить истинную картину, которую госструктуры зачем-то скрывали. Оказалось, что руководство НАРБ еще в конце 2018 года внутренним документом перевело базу в разряд «для служебного пользования». Доступ к ней с тех пор имеют всего несколько сотрудников архива.

Любопытно, но еще в 2017 году на запрос другого потомка репрессированных Дмитрия Дрозда первый заместитель министра юстиции Сергей Задиран утверждал, что «база данных Сведения о необоснованно репрессированных гражданах Белоруссии не содержит ограничения Для служебного пользования».

Игорь Станкевич

«Эта база — единственный в Беларуси государственный реестр, откуда каждый беспрепятственно мог получить сведения на любого репрессированного, не подтверждая родства, что невозможно сделать в архивах КГБ. Количество имен здесь в 2,5-3 раза больше, чем в открытых базах того же российского «Мемориала» или белорусской «Картатэка Сталіна». По сути, это документальный памятник с именами жертв советского тоталитаризма», — отметил Игорь Станкевич.

«Но в декабре 2018 года НАРБ неправомерно спрятал его от широкой аудитории, от сотен и тысяч потомков репрессированных, от всего общества. В соответствии с внутренним положением, база используется только в служебных целях и не предназначена для составления статотчетов, аналитики, проведения исторических исследований. То есть это мертвый массив данных. А предоставляемые сведения из нее сейчас настолько ничтожны, что обращаться в архив больше не имеет смысла», — считает Станкевич.

 

Обращайтесь в КГБ

«Мы информацию не закрываем», — заявила в суде заместитель директора НАРБ Елена Кушнова. По ее словам, специфика базы в том, что она основана на документах не Национального архива, а архивов КГБ и МВД. Нацархив не может проверить достоверность имеющихся у него сведений, поэтому с 2018 года рекомендует обращаться по месту хранения архивно-уголовных дел.

Кушнова утверждает, что когда архив выдавал полные сведения, было много нареканий со стороны потомков из-за многочисленных ошибок. «Относительно того, что мы предоставляли сведения из этой базы данных. Да, мы предоставляли. Потом мы получали еще много жалоб от граждан, что неправильно указан год рождения, не та национальность», — пояснила заместитель директора Нацархива.

Но самое главное, как оказалось, представители архива решили, что база репрессированных использовалась неправильно.

«Эта база данных была использована для других целей граждан — Карта поляка… Родственники говорили: Нам не важно, что он был репрессирован, нам сведения не надо. Нам надо, если он будет поляком. Было и такое. Поэтому мы разбирались с этой базой. И поскольку у нас не было никакого документа о порядке пользования, мы в 2017 году запланировали на 2018 год на рассмотрение дирекции вынести вопрос о рассмотрении пользования этой базой данных», — пояснила в суде Елена Кушнова.

 

У проблемы политическая природа

«Это важное обстоятельство. Мы на него не ссылались, мы о нем не знали, но это обстоятельство озвучено устами архивных работников. Они заговорили, что эти архивные сведения о репрессированных используются для получения Карты поляка. Похоже, проблема с закрытием базы данных политическая», — считает Гарри Погоняйло.

Он напомнил, что несколько лет назад власти всерьез озаботились стремлением граждан получить Карту поляка и уехать в Польшу на учебу или на заработки.

«Это очень тревожный сигнал для белорусских властей. Значит, не все обустроено для граждан в нашей родной Беларуси. Люди хватаются даже за такие мизерные возможности, лишь бы уехать из родного края и попытать счастья в другой стране. Вместо того чтобы превратить Беларусь в страну для жизни и остановить поток миграции, власти стараются таким убогим способом скрыть архивные документы, спрятать историю, возможность знать правду, чтобы лишить людей возможности уехать из этой страны. Но чтобы уехать, есть масса других способов», — заявил правозащитник. 

Принятое судебное решение, а также внутренний порядок использования базы данных НАРБ потомок репрессированных Игорь Станкевич намерен обжаловать вплоть до международных организаций.